Фантастический Калейдоскоп: Механическая осень

Никодима он всякие штуки из дерева выпиливать научил, Фроське вот показал гриб какой-то, который можно в суп добавлять, чтоб тот сытнее становился. А как-то раз он досочку смастерил, а на ней клетки вырезал, камушков раздобыл, чёрных и белых, да забаву нам показал, шашки называется – камушки по клеткам прыг-скок, да других камушков всех перепрыгать должны!

Да что ты барин, откуда ж мне знать, что есть такие шашки! И что порочная игра эта – мы тоже не знали. Раз так – всё на исповеди расскажу, вот те крест! Да ведь мы-то в сущности просто забавлялись, а Жбан, тот лишь хотел для нас доброе дело сделать.

Прохор разве что его сразу невзлюбил, говорил, что не к добру всё это, да потом, опосля того, как Жбан Ивашку спас, тогда и Прохор переменился. А дело было вот как. Ивашка, старший Прохоров сын, повёз муку в город, а дорога по первости лесом идёт, – так на него волки выскочили, пытался удрать, да лошади тяжело было. Поверишь ли, барин, – Жбан за десять вёрст услыхал, домчался мигом, да волков тех прогнал.

За ногу Ивашку, конечно, цапнули, но ведь живой же остался.

Прохор тогда горючими слезами обливался, Жбана обнимал как родного, благодарил, да всё молил простить его, на что Жбан ему сказал: «Что же мне было обижаться? Ты ведь хороший мужик, Прохор, просто моего племени доселе не встречал». А тот слёзы утирал и всё спасибо говорил.

Полностью к Жбану, ясное дело, было тяжко привыкнуть, потому и нелепости случались. Один раз ночью пошёл я до ветру, увидел, как тот глазами светит, да чуть на месте и не сделал то, из-за чего вышел.

Жбан сидел на лавочке, а на коленке у него, свернувшись калачиком, котёнок серенький спал. Жбан своей железной ручищей тому котёнку ласково за ушком почёсывал, а сам на луну смотрел и на звёзды. По дому тосковал.

– Скажи на милость, откуда ж ты такой чудной взялся? – спрашиваю его.

Он мне тогда поведал, что явился к нам из будущего времени. Как это так? Да очень просто. Вот у нас год одна тысяча пятьсот семьдесят третий от Рождества Христова, а у них – две тысячи сто двадцатый.

К нам Жбан по ошибке попал, а вернуться не может, поскольку для того специальная штуковина нужна, какую люди из будущего ему в дорогу дать позабыли. Так что назад ему путь заказан, а рождён был людям помогать, вот потому-то за Сенькой в лесу и увязался.

Следующим днём мы Жбана стали расспрашивать, как, мол, у них в будущем – он такого нарассказывал!

Простые люди у них как баре живут, а баре – и того лучше, только называются иначе.