Вместе поневоле

 – Кара скрестила дрожащие руки на груди. Она изучала место, которое Джейсон называл домом: потертая, но все же чистая и ухоженная мебель кленового дерева, плетеный голубой ковер на дубовом полу. Обстановка не роскошная, но и не убогая, скорее уютная.

Держась за больную ногу, Джейсон проследовал к камину. Он чиркнул спичкой, и несколько минут спустя теплый свет озарил его массивную фигуру. На мгновение Кара представила себе такую картину: они сидят, обнявшись, на этом кожаном диване, пьют горячий шоколад под потрес кивание поленьев в каменном очаге.

Обсуждают события минувшего дня или, может, строят планы на будущее? Она вздрогнула. «Эй, это не медовый месяц». Она здесь не для того, чтобы обниматься у камина, а чтобы переждать непогоду. Как только дороги будут неопасны, их пути разойдутся снова.

Кара плотнее укуталась в промокший пиджак, пытаясь хоть немного согреться. Ее взору открылись некоторые детали: куча простыней взгромоздилась на одном из кресел – видно, Джейсон еще не до конца обустроился тут.

На дубовом столике лежала аккуратная стопка газет и спортивных журналов, кажется.

– Что-то не так? – Он проследил за направлением ее взгляда.

– Помимо того, что я тут в ловушке с тобой? – Она не даст ему забыть о том, что между ними еще далеко не все улажено. – Вообще-то удивительно, насколько тут чисто. Редко встретишь мужчин-аккуратистов, или ты живешь не один?

Странно, что эта мысль не приходила ей в голову раньше. Хотя, если подружка действительно есть, это только к лучшему – значит, для них двоих все окончательно в прошлом.

– Я ни с кем не встречаюсь, если ты об этом. Военных учат быть чистоплотными и собранными. Ты не можешь быть готовым в любой момент, если восседаешь на куче мусора.

Кара выдохнула с облегчением. Она посмотрела вверх и сказала задумчиво:

– Мне нравится высокий потолок и эти балки, какое удачное решение.

– В лучах утреннего солнца все выглядит еще красивее.

Как будто они будут встречать рассвет вместе…

– А там что? – поспешила она отвлечься от этих мыслей.

– Раньше был кабинет моего дедушки, думаю, я все там так и оставлю.

Она указала на винтовую лестницу:

– А наверху?

– Чердак. Когда я был маленьким, проводил там много времени, играя. Теперь все завалено хламом. Думаю летом разобраться и все выбросить.

– Зачем? Среди этого «хлама» могут быть какие-то семейные реликвии, которые ты можешь передать по наследству своим детям, а те – своим и так далее.

Его голубые глаза вдруг потемнели.