Романтика с риском для жизни

Нужно скорее отвезти код в «Омегу».

При мысли об «Омеге» он вспомнил и остальное. Вспомнил, почему он больше не мог и не хотел заводить серьезных отношений.

От улыбки Шелби у него возникли желания, о которых сейчас не могло быть и речи. Другие женщины ему не нужны. Похоронив Фиону и их нерожденного ребенка, которые погибли во многом по его вине, Дилан понял: в нем самом что-то умерло.

Разумеется, Шелби Килан ни словом, ни взглядом не намекнула на то, что хотела бы продолжения отношений. Они просто ужинали вместе и беседовали, как старые друзья.

Они чувствовали взаимное притяжение, за разговором то и дело прикасались друг к другу. Поскольку он знал, что они с Шелби проведут вместе всего пару часов, а потом она передаст ему то, что надо передать, и уедет, Дилан не обуздывал свое влечение.

Правда, он не был уверен, что сумел бы сдержаться, даже если бы захотел. Ему очень хотелось схватить Шелби в охапку и покрыть ее лицо поцелуями. Начать с носика, перейти к щекам и спуститься к шее.

Дилан вдруг сообразил, что невольно приближается к Шелби, и с шумом отодвинул свой стул от стола.

Это недопустимо, он должен держать себя в руках, где его самообладание? Трудно поверить, но он уже подумал о том, чтобы пригласить Шелби на свидание. Черт побери, ему даже хочется, чтобы она подождала его у него дома! Если он не будет задерживаться в столице, доставит код в «Омегу» и вернется сюда часов через двенадцать…

Вдруг он испугался. С такими женщинами Дилан обычно не встречался.

Шелби не из тех, с кем проводят всего одну ночь. Такое видно сразу. Кроме того, она – подруга Меган.

Придется забыть о Шелби. У них впереди лишь несколько часов. Скоро их время истечет. Надо все прекратить в самом начале. Пока еще можно.

Взять код. Доставить код. Жить дальше.

Шелби все рассказывала о своих домашних любимцах. Ее кошка воспитала щенка, у которого умерла мать. Зеленые глаза Шелби смягчились, когда она вспоминала трогательные подробности… С трудом отведя от нее взгляд, Дилан ответил неожиданно резко:

– Знаете, Шелби, судя по всему, гроза уходит.

Приятно было поговорить с вами и так далее, но… чем быстрее вы передадите мне код, тем быстрее я его доставлю.

Он сам понял, что ведет себя неоправданно грубо. Шелби опустила голову, и ему стало очень жаль ее. Улыбка, которая освещала ее лицо во время их разговора, погасла.

Дилан ненавидел себя, но не позволил себе извиниться, хотя ему очень хотелось. Так будет лучше. Чище.