Ввысь пуская корни

Еще год назад, в сельской школе, на одном из классных вечеров, стоя в центре кабинета, я не испугалась изобразить отрыжку под смех одноклассников, пытаясь пантомимой продемонстрировать слово «обжорство». А с переездом и издевками новых одноклассников я замкнулась и стала избегать общественной жизни. Я дрожала только от одной мысли об участии в творческих номерах, а сцены боялась как огня. Школьная пора была насквозь прошита шерстяными нитками скромности и стеснения. И только в кругу подруг я могла проявить свою активность, энергию, настырность, быть в центре внимания и душой компании.

А с приходом весны это все отступало на второй план, я с усердием зубрила учебники – ради хороших оценок за экзамены.

Никто не поможет вам вырваться из рабства внутренних комплексов и родительских ограничений, кроме вас самих. Не утонуть в рутине собственных страхов сложно, но можно – необходимо каждый день хотя бы по чуть-чуть выходить из зоны комфорта, тренировать уверенность и навыки, которые по какой-то причине до этого момента спали.

Лишь сделав шаг в сторону света, вы навсегда забудете про тень.

Напролом в тесных ботиночках

Поступив в институт в областном центре, я твердо решила меняться. Несмотря на то, что первый курс института я жила в съемной комнате, разделяя ее со случайной соседкой – первокурсницей из техникума, уже через месяц учебы количество моих знакомых с потока превышало сотню человек. А через год, когда я переехала в общежитие, буквально за пару дней я подружилась со старшекурсниками из моего блока, и мы часто готовили вместе студенческий ужин.

Комната в общежитии не отличалась уютом и комфортом, а осознание того, что она заменит мне отчий дом на следующие несколько лет, в первый же день заставило меня расплакаться горючими слезами. И я плакала каждый раз, когда возвращалась сюда с побывки от родителей. Дела за пределами комнаты обстояли хуже, чем в самой комнате. Желтые раковины, грязные плиты, обшарпанные душевые кабинки и регулярно забитые унитазы – при виде всего этого «убранства» меня уже не напрягали старые обои, оставшиеся от прошлых хозяев.

О ремонте за свой счет не было и речи.

Домой я ездила раз в месяц, больше по необходимости – за провиантом, а оказавшись в родных пенатах, ощущала себя счастливой. Как-то раз родители послали мне столько овощей и соленьев, что я не смогла подняться с этой сумкой в гору к своему общежитию, хотя с детства была приучена к физическому труду.