Париж – это всегда отличная идея

Я на самом деле не это имела в виду… – Но он снова перебил меня:

– Нет, ты действительно так думаешь, и, к сожалению, я даже не удивлен, – сказал он. – Послушай, я оплакивал потерю твоей матери каждый день с тех пор, как она умерла, и буду оплакивать ее ежедневно до конца своей жизни, но сейчас я нашел кого-то, кто делает меня счастливым, и я хочу провести с ней свою жизнь. Это не отменяет того, что у меня было с твоей матерью.

– Да ладно! – возразила я. Это. Именно это и беспокоило меня с того момента, как он сообщил новость.

Как он мог не понять, что, заменив мою мать, он полностью обесценил то, что между ними было? – Шери собирается стать миссис Глен Мартин, не так ли? И она собирается переехать в наш дом, верно? Так что все, что когда-то принадлежало маме, – ее имя и дом, где она лю- била и растила свою семью, – ты просто отдаешь другой женщине. Что дальше? Прикажешь мне звать ее мамой?

На его лице промелькнуло виноватое выражение.

– Нет, – покачала я головой. – Ни в коем случае.

– Я не говорю, что ты должна ее так называть.

Прос-то у Шери никогда не было своей семьи, и она мимоходом упомянула, как сильно она хотела бы, чтобы вы стали и ее дочерьми. Было бы здорово, если бы ты подумала о том, как хорошо снова ощутить материнскую заботу.

– Я не ее дочь и никогда ею не буду, – сказала я. Меня переполняло негодование. – Как ты можешь делать вид, что все это ничего не значит? А память о маме?

Папа смотрел на меня, наклонив голову и приподняв правую бровь, что означало двойную степень родительского разочарования.

Он обмотал шарф вокруг своей шеи и натянул перчатки.

– Знаешь что? Я не уверен, возьмет ли Шери мою фамилию. Мы еще не говорили об этом, – сказал он. – Что касается дома, я планирую продать его, чтобы мы могли начать нашу совместную жизнь где-нибудь в другом месте.

У меня перехватило дыхание. Дом моего детства. Исчезнет? Будет продан? Незнакомым людям? Мне показалось, что меня сейчас вырвет. Но вместо этого я прикончила коктейль.

– Мы с Шери поженимся через три месяца, – продолжил отец.

 – Мы планируем чудесную июньскую свадьбу и очень хотим, чтобы ты была ее частью.

– В роли цветочницы? – усмехнулась я. – Чья это была безумная идея?

– Это предложила Шери, – ответил отец. Его губы сжались. – Она никогда раньше не была замужем и немного взволнована. На самом деле мне это очень приятно.

– Тридцатилетняя девочка-цветочница, – я произнесла это с упорством водителя, пытающегося объехать нескончаемую пробку.