Из крови и пепла

Хотя большинство атлантианцев были истреблены, многие еще существовали, и достаточно одного живого атлантианца, чтобы создать дюжину Жаждущих, если не больше. Они не были совершенно безмозглыми. Ими можно управлять, но на это способен только Темный.

Этот бедняга дал отпор и сбежал, но он должен был знать, что означает укус. Мы все с пеленок это знаем. Это часть кровавой истории королевства. Он проклят, и ничего нельзя поделать. Неужели он вернулся, чтобы попрощаться с женой? С ребенком? Неужели решил, что с ним будет по-другому? Что он благословлен богами?

Что он Избранный?

Это не имеет значения.

Вздохнув, я подтянула простыню, оставив голой верхнюю часть его груди. Стараясь не дышать слишком глубоко, прижала к ней ладонь. Его плоть… казалась какой-то не такой, похожей на холодную выделанную кожу. Я сосредоточилась на пляжах Карсодонии и блистающих голубых водах моря Страуд. Вспомнила пышные облака. Они выглядели как мирный туман. Подумала о Садах Королевы рядом с замком Тирман, где я могла просто гулять, ни о чем не думать и ничего не чувствовать.

Где всё, в том числе мой разум, было спокойным и безмятежным.

Подумала о теплоте тех слишком коротких мгновений с Хоуком.

Марлоу перестал трястись, подергивание век немного стихло. Морщины в уголках глаз разгладились.

– Марлоу? – позвала я, игнорируя тупую боль, разгорающуюся у меня за глазами.

Головная боль неизбежна. Она всегда приходит, когда я неоднократно открываю чутье или пользуюсь даром.

Грудь под моей рукой поднялась, слипшиеся ресницы затрепетали.

Он открыл глаза, и я напряглась. Они оказались голубыми. В основном. На радужке появились красные пятнышки. Скоро глаза утратят всю голубизну и полностью покраснеют.

Его пересохшие губы разомкнулись.

– Ты… ты Рейн? Пришел забрать меня?

Он подумал о боге обычных людей и окончаний, о боге смерти.

– Нет, я не Рейн.

Зная, что его боль улеглась достаточно надолго и времени хватит, я подняла левую руку и сделала то, что было категорически запрещено.

Не только герцогом и герцогиней Масадонии, не только королевой, но также богами. Я сделала то, о чем просил Хоук, но получил отказ. Скинув капюшон, я сняла белую полумаску, которую носила на случай, если плащ соскользнет, и открыла лицо.

Я надеялась, что в подобных ситуациях боги могут сделать исключение.

Он окинул окаймленными алым глазами мои черты, начиная от медных кудрей на лбу, перевел взгляд на мою правую щеку, потом на левую.