Корона из золотых костей

Вы это знаете. Мы все это знаем.

У меня в животе возникло то же ощущение, как когда я стояла на краю обрыва в горах Скотос. Я не хочу престола. И Кастил тоже.

– Даже если и так, – протянул Валин, прищурив глаза, – пока мы не выясним, кто замешан в этом деле и не обсудим все, Аластир будет содержаться в надежном месте.

Аластир повернулся к нему.

– Что…

– То, что ты должен принять с благодарностью. – Валин одним взглядом заставил вольвена замолчать, и стало ясно, у кого Кастил перенял свои способности.

 – Это для твоего блага и для блага всех. Будешь возражать – и, я уверен, Джаспер, Киеран или мой сын в мгновение ока вцепятся тебе в глотку. И я не могу пообещать, что стану останавливать любого их них.

Кастил опустил голову с ледяной, как первое дыхание зимы, улыбкой. Показались кончики его клыков.

– Это буду я.

Аластир переводил взгляд с Джаспера на принца. Он стоял, опустив руки, его грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Льдисто-голубые глаза вперились в Кастила.

– Ты мне как сын.

Ты был бы мне сыном, если бы судьба не распорядилась иначе.

Я знала, что он думает о дочери. Искренность его слов, свежая боль, глубоко врезавшаяся в душу и ощущавшаяся как ледяной дождь, только усилились, когда Кастил ничего не ответил. Меня поразило, как Аластиру удавалось скрывать от меня боль такой силы.

– Правда о том, что здесь происходит, выйдет наружу. Все узнают, что я не представляю угрозы.

Уставившись на Аластира, я почувствовала – волну… целеустремленности и стальной решимости, горячо пульсирующую в его венах.

Это промелькнуло лишь на мгновение, но вспыхнувший во мне инстинкт прокричал предупреждение, которое я не вполне поняла. Я шагнула вперед.

– Кастил…

Но я оказалась недостаточно быстрой.

– Защитите короля с королевой! – скомандовал Аластир.

Несколько стражников окружили родителей Кастила. Один из них потянулся за спину. Валин резко развернулся.

– Нет!

Джаспер ринулся вперед, в прыжке меняя облик. Элоана издала хриплый крик.

– Нет!

Стрела ударила вольвена в плечо, остановив его в полете. Он упал и, прежде чем рухнуть на треснувший мрамор, обернулся в смертного. Я в ужасе отшатнулась, а Джаспер замер, и по его коже растеклась серая бледность. Неужели?..

Я похолодела, услышав пронзительный вой и рычание у подножия храма. Другие вольвены…

В воздухе просвистела стрела, ударив Киерана, который прыгнул ко мне. Я повернулась к вольвену, и крик застрял у меня в горле.