Корона из золотых костей

Он схватил меня за плечи, и мое рассеянное чутье соединилось с его эмоциями. Я ощутила тяжелое беспокойство и одновременно свежесть облегчения. А под ними – пряный, дымный вкус, пронизанный сладостью.

– Могло ничего не случиться. А могло быть и так, что твоя кожа начала бы разлагаться, и я снова потерял бы тебя. – Его грудь резко поднялась, а золотые крапинки в глазах ярко загорелись. – Ведь я терял тебя, Поппи. Чувствовал, как твое сердце остановилось. Отпечаток на моей ладони начал исчезать. Терял тебя, а ты для меня – всё.

Я вздрогнула.

– Прости.

– Не извиняйся. Ни в чем, что произошло, нет твоей вины, Поппи. Просто… не могу пережить это снова.

– Не хочу, чтобы ты это переживал. – Я шагнула к нему ближе, и он обвил меня руками. – И я не собираюсь заставлять тебя чувствовать это снова.

– Знаю. – Он поцеловал меня в висок. – Давай просто посидим. Хорошо?

Он подвел меня к кровати.

Я села, а он подобрал свои штаны. Я прикусила губу, глядя, как он их надевает, оставив незастегнутыми.

Он повернулся. Штаны сидели неприлично низко. В комнате было еще одно кресло – деревянное, и на нем лежала кучка одежды.

– Джаспер нашел одежду и сапоги, которые, как он решил, тебе подойдут. Здесь нижняя рубашка, пара штанов и свитер. Не знаю, где он все это раздобыл, и не уверен, что хочу знать.

Он принес мне нижнюю рубашку и темно-коричневый свитер.

– Но они чистые.

– Где мы? – спросила я. Кастил жестом показал мне поднять руки, и я подчинилась. – Мы были… в Айрелоне, верно? Ведь туда меня отвезли?

В приглушенном свете я увидела, как на его скулах заходили желваки.

Он надел мне через голову нижнюю рубашку. Ткань была мягкой и пахла свежим воздухом.

– Мы больше не в Айрелоне и не в Пустошах. Мы в предгорьях Скотос. Это старая охотничья хижина, в которой мы иногда останавливаемся по пути через Скотос. На самом деле мы недалеко от Предела Спессы, но мы не хотели…

Кастил не договорил. Я поднялась на колени и поправила рубашку. Я поняла, о чем он подумал.

Они не хотели везти меня в Предел Спессы на случай, если я вознеслась и стала неуправляемой.

По-прежнему ошеломленная тем, что жива и не превратилась в вампира, я ничего не ответила, а Кастил натянул мне через голову толстый свитер. Он оказался немного колючим, но теплым. Я подняла воротник и понюхала. Свитер пах древесным дымом, и я почему-то подумала, что еще он пахнет… сиренью.

Я вспомнила.

Подняла голову. Кастил наблюдал за мной, вскинув бровь.