Навсегда с тобой

Конечно.

Я была готова с того момента, как он обозначил свои намерения. Не убирая руки, он прижал меня к себе, а мою попу – к своему толстому и твердому члену, который прекрасно чувствовался сквозь джинсы. Спина выгнулась, а с губ сорвался стон, когда его пальцы скользнули под кружево и принялись растирать скопившуюся там влагу. Схватив его за руку, я сильнее прижала ее к себе, а другой ладонью уперлась в кухонную тумбу. Тело напряглось, когда он склонился надо мной, прижав грудь к моей спине. Возбуждение забурлило в крови, пока я терлась бедрами о его руку, и затопило тело, когда его теплое дыхание опалило мой висок.

– Мы можем сделать это здесь. Если ты хочешь. Я могу поднять твою милую задницу и положить на столешницу. Или прижать тебя к холодильнику, – сказал Ник, задевая губами мое ухо. – Могу трахнуть тебя на столе или на диване. – Он провел рукой вверх по моему боку и обхватил грудь, посылая дрожь до самых кончиков пальцев. – Или просто могу нагнуть тебя и сделать это прямо здесь. – Его губы опалили мою шею и замерли над пульсирующей венкой.

Через мгновение он скользнул в меня еще одним пальцем, отчего с губ снова сорвался стон. – Скажи мне, чего ты хочешь.

Боже мой…

Эти слова чуть не довели меня до оргазма, оставалось чуть-чуть, совсем чуть-чуть. У парня оказались волшебные пальцы, и если он продолжит в том же духе, то все закончится еще раньше, чем мы начнем.

– Здесь, – выдохнула я.

– Да, черт возьми, – пробормотал он.

Трусы оказались у меня на лодыжках, и сквозь громкий стук сердца я услышала звук расстегиваемой молнии.

Ник подхватил презерватив со столешницы и натянул его так быстро, что я даже не успела почувствовать нетерпение.

Обхватив руками мои бедра, он приподнял меня так, что пришлось привстать на носочки, затем убрал одну руку, и я почувствовала его член у себя между ног. Даже не глядя на него, я знала, что он большой. А потом почувствовала это. Ник погружался в меня сантиметр за сантиметром так медленно, что я чувствовала каждое нервное окончание, пока он не оказался во мне полностью.

Укол боли сменился всепоглощающим давлением.

Ник обнял меня за талию и прижал к себе. Стон, сорвавшийся с его губ, прозвучал с восхитительной резкостью, словно в безумном дурмане. Он начал толкаться бедрами, то врываясь, то выходя из меня. В этих движениях не чувствовалось никакой плавности. Каждый толчок был быстрым, глубоким и идеально точным. То, что делал он, было… божественно. И мое тело отвечало.