Обсидиан

– А во-вторых, я не трачу свое время на парней, которые приглашают меня на свидание только потому, что их заставила сестра. Я не настолько безнадежна.

– Разве?

Я окончательно разозлилась и пошла в наступление:

– Убирайся отсюда.

Он немного подумал и ответил:

– Нет.

– Что? – возмутилась я. – Что значит – нет?

– Я не уйду, пока ты не согласишься.

Казалось, у меня сейчас пар из ушей повалит.

– Прекрасно. Сиди здесь сколько угодно, потому что я скорее съем стакан, чем пойду куда-то с тобой!

Он рассмеялся:

– Вот, значит, прямо так!

– Именно, – отрезала я, поднимаясь вверх по ступенькам.

Дэймон вдруг повернулся и ухватил мою лодыжку. Какая у него теплая рука. Я посмотрела на него сверху вниз. Он улыбался невинно, словно ангел.

– Я буду сидеть здесь дни и ночи напролет. Разобью лагерь у тебя на крыльце. Никуда не уйду. У нас целая неделя впереди, Котенок. Или ты покончишь со всем этим раз и навсегда уже завтра, или я буду здесь до тех пор, пока ты не уступишь.

Я ошеломленно смотрела на него:

– Ты шутишь?

– Ни капли!

– Просто скажи ей, что мы с тобой отлично провели время. – Я попыталась освободить ногу, но он меня не отпускал. – Солги.

– Она будет знать, что я лгу. Мы же близнецы. Мы чувствуем подобные вещи. – Он немного помолчал. – Или ты слишком стеснительна, чтобы просто поплавать? А? Ты не можешь раздеться передо мной, да?

Я ухватилась за перила и со всей силы дернула ногу.

– Я же из Флориды, тупица. Я полжизни провела в купальнике.

– Тогда в чем проблема?

– Ты мне не нравишься. – Я перестала дергать ногой и остановилась. Его ладонь как будто вибрировала – очень странное ощущение, никогда такого не испытывала. – Отпусти мою ногу.

Очень медленно, многозначительно глядя мне в глаза, он убрал – палец за пальцем – свою руку.

– Я никуда не уйду, Котенок. Тебе придется согласиться.

Едва я открыла рот, чтобы что-то ответить ему, как дверь позади нас отворилась. На пороге появилась мама в своей любимой пижаме с кроликами. Сердце мое ухнуло вниз. Только не это!

Она поочередно смотрела то на меня, то на Дэймона и явно понимала все исключительно по-своему, то есть совсем не так, как было в действительности. Во взгляде ее отчетливо читалось женское любопытство, от которого меня чуть не стошнило прямо на голову Дэймона.