Обсидиан

– Но ведь он не выдержал испытания.

– И что теперь? – возмутилась я. – Он же вместе с ней забрался туда, хоть и отстал немного. Как вообще можно оставаться прекрасной, если не помочь тому, кто оступился? Да такая принцесса и сама любить не может, и не достойна того, чтобы любили ее!

Дэймон кивнул:

– Что ж, Снежная Птица думала точно так же, как и ты.

Я облегченно улыбнулась. Если бы все оказалось иначе – эта была бы другая история, не романтичная, а совсем наоборот.

– Вот и хорошо.

– Снежная Птица решила, что этот воин достоин ее, и приняла решение.

Она протянула руку и не позволила ему рухнуть со скалы. Вождь встретил их внизу и остался очень доволен выбором дочери. Он благословил их союз, а воина назначил своим преемником.

– Значит, поэтому скалы носят название Сенека? В честь этого индейского племени и Снежной Птицы?

– Так гласит легенда.

– Красивая история, но я все равно считаю, что карабкаться на такую высотищу, чтобы только доказать свою любовь, – это слишком.

– Не могу с тобой не согласиться, – кивнул Дэймон.

– Да уж. Иначе сейчас тебе пришлось бы доказывать свою любовь в автогонках.

Оторвать бы мне язык за эту фразу! Надеюсь, он не принял это на наш счет. Но он только странно посмотрел на меня:

– Не думаю, что это когда-нибудь случится.

– Интересно, а можно вообще забраться на ту вершину? – спросила я с любопытством.

Он покачал головой:

– Можно дойти до Каньона, но это очень серьезный и опасный маршрут. Я бы тебе не советовал отправляться туда в одиночку.

Я рассмеялась при одной только мысли об этом.

– Не волнуйся, я туда не полезу. Но все же… зачем индейцы на самом деле пришли сюда? Что они искали? – Я обошла большой камень. – Как-то не слишком верится, что им только и хотелось, что лазать по скалам.

– Этого уже не узнать. – Он немного помолчал и продолжил: – Людям свойственно думать, будто те, кто жил много столетий назад, примитивны, но на самом деле это не совсем так.

Я посмотрела на него, пытаясь понять, действительно ли он говорит серьезно.

Так не рассуждают семнадцатилетние парни.

– Что же такого особенного в этих скалах?

– Порода. Сам камень… – Отчего-то его глаза распахнулись во всю ширь. – Котенок?

– Перестань так меня называть…

– Тихо, – прошептал он и взял меня за руку, неотрывно глядя на что-то за моей спиной. – Пообещай, что не будешь истерить.

– С чего это мне истерить? – прошептала я.

Вдруг он резко рванул меня и прижал к себе.