Тень и искры

Залежи камня в Райских Пиках, из которых строили большинство зданий, покупались и разрабатывались дельцами и землевладельцами. Камень стоил денег, как и труд, который нужно затратить на строительство домов. За это должна платить корона, но королевская казна не была так богата, как когда-то, поскольку приходилось покупать все больше продуктов и товаров у других королевств.

И тем не менее в казне хватило денег на новое платье королевы.

– В доме Нора красные ставни на окнах. Кажется, он справа, – сказала Эзра, и экипаж резко остановился.

 – Его квартира находится на первом этаже – занимает весь этаж. Его контора прямо там.

Я кивнула и взялась за ручку двери.

– А как зовут его сына?

Эзра вытащила из рукава свернутое в трубочку письмо и развернула его.

– Его зовут… Нейт. – Она подняла на меня взгляд. – Гораздо лучше, чем Нор.

– Согласна.

Я подняла капюшон. Вряд ли в предстоящих событиях будет много участников, но мои светлые волосы были слишком заметными, а я предпочитала остаться неузнанной на случай, если… в общем, если все закончится скверно.

– Ждите здесь.

– Конечно. – Эзра помолчала. – Будь осторожна.

– Непременно.

Я приоткрыла дверь, впустив в экипаж уличный шум, и выскользнула наружу. Стараясь не думать, в какую жидкость я наступила – с неба она пролиться никак не могла, – я обошла экипаж и остановилась.

– Марисоль? – прошептала я.

Голова в капюшоне повернулась ко мне. Леди знала, кто я, но, как и Эзра, не изменила отношения ко мне.

Нас ничто не объединяло, но она не проявляла жестокости и не вела себя так, будто я ее пугаю.

– Убедись, чтобы она оставалась в экипаже.

Она посмотрела на людную улицу.

– Я отъеду, чтобы помешать ей совершить какую-нибудь глупость.

– Прекрасно.

Я ступила на потрескавшийся тротуар и смешалась с толпой.

Зная, что лучше не дышать глубоко и не задерживаться на одном месте, я подождала, пока экипаж отъедет, и повернула направо, обойдя по широкой дуге голубей, которые резвились в грязи.

Я шла среди мужчин и женщин, возвращавшихся с работы или идущих на работу. Некоторые, как и я, носили накидки, чтобы прикрыть лица от солнца или оставаться неузнанными. За такими я следила. Другие выходили из пабов, их блузы и туники были перепачканы пивом и еще невесть чем. Уличные торговцы расхваливали свой товар: сомнительных устриц, плоские маффины и вишни на палочках.