Галопом по Европам. Каникулы 2020

– Мне нравится эта икона, – сказал он, помахивая бумажкой, – что означает показывающая «факи» рука, растущая из холмов?

– Я ценю твоё желание показать миру пальчик, – ответил печальный, – но это «Длань Господня», указующая с небес на избранного. Ты просто держишь её низом вверх. Это икона для Конго.

– Да, да, – оживился бородач, – у них там культ отрубленных рук. Помнишь того негра-наёмника, обвешенного кистями рук повстанцев? Которому, мы засунули в задницу лом?

– В христианстве рукам придают большое значение, – сказал блондин, – мученикам и пальцы отрубали, и кисти рук, и по плечи.

Вот на Кубе скоро церковь построят, так там будет икона «Божьей Матери. Троеручица». У Марии на ней три кисти рук изображено. Считается, что некий мученик, которому отрубили руку, принёс её в храм и, она приросли к иконе.

– А вот тут, – показал другую фотографию бородач, – почему рук нет?

– Это местная икона, – ответил собеседник, пряча пенсне в футляр, – для крестьян. Ты их видел и знаешь, что полента из кукурузы не взрывается.

Они не воины. Им нужен только хороший урожай. Потому на иконе из тела, преданного земле, растёт кукуруза. Мы потому и пришли сюда, что здесь люди не думают, а верят.

– Хорошие люди.

– Кто говорит, что плохие? Просто в переменах они не нуждаются. Всегда на кого-то работали, всегда ими командовал кто-то. Любую власть воспринимают как стихийное бедствие. Что ацтеки, что майя, что мои араукане, что твои испанцы – им всё равно.

Главное, что они верят и разнесут свою веру по континенту. Вон там есть иконы для Венесуэлы, Чили, Мексики, для них иконы другие.

– Вот эти, – бородач покопался в пачке, – где кто-то в белых одеждах призывно машет обрубком руки? Или тот же мужик, но с рукой и с автоматом?

– С автоматом, – ответил блондин, – это вообще для Кубы. Ещё у них будут святые мощи. Руки святого, обрамлённые в серебро и драгоценные камни. Нетленно сохранившееся тело.

Собеседники примолкли, тем более, что уже наступила тьма.

Небо сплошь усеялось огромными звёздами. Где-то из далёкого океана проступил краешек луны.

– Хорошее место для смерти, – сказал бородач, – не завидуешь?

– Нет, – сипло ответил, одевающий длинные сапоги на мягкой подошве блондин, – каждый выбирает место для смерти сам. Я уже пережил одну смерть, не бойся и ты.

– Я не боюсь, – засмеялся брюнет, – я благодарен тебе. Я знаю, что делать, и сейчас, и после смерти.