Ее темное желание. Царство теней. Книга 1

Несколько недель назад, вскоре после того, как я навещала тебя в низине, он написал мне, и с тех пор я расспрашиваю его об этом. Но он ничего не рассказывает.

Йеро покачал головой, скорее смиренно, чем отрицательно.

– Я сказал достаточно. Тогда я сам принял решение. Как и моя пятерня. И никому из нас не пристало критиковать решения других.

Вика пожала плечами, я кивнула. Много лет назад Йеро уже доказал, что он на моей стороне, и я не только доверяла ему, но и была перед ним в долгу. Меня немного задевало, что он не хочет выдавать свою тайну, но, с другой стороны, я его понимала.

Мы не виделись семь лет. Тогда я была еще ребенком. Избалованной богатой девочкой, которую сегодня и сама бы не узнала. Как я могла требовать от него, чтобы он сразу же поверил мне свои темнейшие тайны?

– Сейчас не важно, почему мне тогда пришлось уйти. В конце концов, я так и не вернулся ко двору, – словно между прочим сказал Йеро, приложив ладонь ко лбу и рассматривая уходивший вверх склон, который простирался перед нами.

 – И я не стану этого делать, если мы выживем. Там мне больше не рады.

– Так же, как и мне, – пробормотала я.

– Я пришел, потому что я все еще паладин. Потому что я не позабыл свою судьбу и свое предназначение, что бы ни случилось за это время.

Я заставила себя улыбнуться, хотя это далось мне нелегко.

– Так же, как и я.

– Вот так все и складывается, – ответила Вика, и в ее звонком голосе послышалась суровость. – А я бегу от судьбы и предназначения – как раз подходит.

Посмотрим, куда это нас приведет.

Глава 5

Аларик

– Если будет не хватать, можно без проблем добавить. – В стеклянных глазах посланника читалась насмешка. Он обвивал торс Аларика тонкой цепочкой, то и дело подправляя ее, словно следуя каким-то странным представлениям о красоте. Аларик потел, и к его коже прилипала пыль. Виной тому стали не только лучи солнца, которые словно прожаривали его, хотя было только начало лета. Аларик не отворачивался, лишь задерживал дыхание, потому что у старика невыносимо воняло изо рта.

Посланник явно понимал, что те места, в которых свежие раны пересекались со старыми шрамами, болели сильнее всего. Тщательно, словно художник, он располагал оковы, превращая их в странный узор. Был ли в этом какой-то смысл или он просто удовлетворял свою тягу к садизму?

– Если бы тебе это не нравилось, на твоей коже не было бы такого количества бесполезных рисунков.

Аларик молчал, хотя это было непросто.