ЖИТЬ. Значит знать свои корни. Автобиографическое описание семьи Постниковых

Каждый раз, когда к дому подъезжала синяя «Волга», мы уже сидели на скамейке перед подъездом. Старались сидеть тише воды, ниже травы. И очень боялись, что нас не посадят в машину. Долго звать нас не приходилось, быстрее стрелы мы подлетали к автомобилю, и не было нашему счастью предела, когда мы оказывались внутри салона.

Боксер Джерри

Однажды мы с ребятами из нашего дома где-то подобрали собаку – огромного боксера. Назвали Джерри. Кличку дали мы ему с Сашей, а получил он ее благодаря Джеку Лондону и его книге «Джерри-островитянин».

Джек Лондон был самым любимым писателем моего детства. Исключительно глубокое проникновение в психологию животных, прекрасное знание их инстинктов позволили создавать величайшему американскому писателю самые лучшие книги о братьях наших меньших.

Боксера Джерри мы держали на чердаке дома – кормили, поили его, а он в ответ очень хорошо относился к нам. Однако довольно скоро чьи-то родители пожаловались на собаку в милицию: они боялись, что она покусает детей.

На вызов пришел участковый милиционер, но пес начал отчаянно лаять и бросаться на него. Во двор вышли соседи, собралось много народу, приехала милиция на специальной машине, но пес был очень смелым и отважным, и не сдался им.

Вся надежда была на нас с Сашей Булгаковым, мы взяли пса за поводок-веревку и вывели его на улицу. Зрелище было то еще – мы же были ростом с Джерри, но он нас слушался, и мы, смело шагая, подошли к милицейской машине и посадили его в кузов.

От родителей нам, конечно, досталось. На меня отец руку никогда не поднимал, а Сашку выпороли по-настоящему, но мы об этом ничуть не жалели, потому что еще долго были героями во дворе.

Растем дальше

В 1959 году я поступил в школу № 32 (ул. Полевая, дом 74) – сейчас там расположен корпус Самарского медико-технического лицея. В школу мы ходили с Сашей сами. Хотя расстояние было не близким, но мы уже тогда проявляли самостоятельность.

А через год папа получил отдельную двухкомнатную квартиру на улице Первомайская в доме 26 (квартира 8).

Но шикарно пожить не пришлось – родители разошлись. Мы с папой остались в одной комнате, а мама с сестренкой Любой – ей тогда шел 3-й год – съехали.

Развод родителей я переживал очень сильно, мне очень хотелось быть рядом с сестренкой и мамой, но я не мог бросить отца одного. Впрочем, понять это может только тот, кто это пережил, тем более в детском возрасте.