Свет в объятиях тьмы. Азим и Чёрный рубин

Братья предложили показать город Азиму, и он охотно согласился.

Мирас был на треть меньше, но и при этом он был слишком большим, чтобы осмотреть его за день. Потому Азим попросил братьев повести его ко дворцу мэрессы. Вблизи это пирамидальное сооружение оказалось таким, каким его описывал Комил. Стены были украшены зелёной, светло-зелёной и голубой мозаикой с надписью на древнем языке – это были стихи, посвященные Асадом Шабнам. Внутрь дворца, к сожалению, попасть не удалось.

По правилам, для посещения дворца или приёма госпожи мэрессы нужно записаться за месяц заранее.

Азим не расстроился. Он полюбовался внешними красотами дворца и сторожевых башен. Затем Мехродж и Сиродж отвели его к аллее плакучих ив с площадью, вымощенной бледно-розовыми камнями. Перед возвращением домой, на исходе дня братья повели Азима на площадь имени Шабнам с белыми фонтанами под большими куполами из цветущей изгороди. Они прошли под самый большой купол и присели отдохнуть на красную скамью.

Листва не была густой и из-под купола можно было разглядеть небо.

– Госпожа Шабнам приходила сюда по ночам и считала звёзды сквозь прорехи, – поведал Мехродж. – Так, она отвлекала себя от горя.

– Комил рассказывал, что Асад рано ушёл из жизни, но не сказал, что с ним случилось, – Азим вопросительно посмотрел в карие глаза Мехроджа.

– Простите Азим-ака, здесь нельзя об этом говорить, – тихо проговорил Мехродж.

 – В Мирасе нельзя поминать тех, кто погиб не своей смертью.

– Я не знал об этом, – сказал Азим.

– Пошли домой, – предложил Сиродж, – скоро уже ифтар…

Они вернулись как раз ко времени открытия рузы. Помыв руки, ребята поздоровались с Умедом и Комилом, и сели за дастархан.

– Ты улыбаешься? – тихо заметил Азим.

Комил посмотрел на Азима и снял со своего лица задумчивую улыбку.

– День был хорошим, – сказал Комил, опустив взгляд.

– Не сомневаюсь, – улыбнулся Азим и вслед за Умедом и остальными сложил руки в лодочку, и тихо прошептал молитву перед открытием рузы…

На первое им подали суп со стручковой фасолью на деревянной тарелке. На второе были бараньи рёбрышки, запечённые со свеклой. На третье им принесли салат из дыни и персиков.

После ифтара Азим говорил с Умедом о местных рынках и правилах местной торговли.