Свет в объятиях тьмы. Азим и Чёрный рубин

– Доброе утро, Рахмон-ака, – Азим протянул руку к старику, но тот не слышал юношу и, казалось, не замечал – старик смотрел куда-то вниз и тот страх, навеянный воспоминаниями, отражался в его серых глазах. – Рахмон-ака? – подозрительно позвал Азим, коснувшись его плеча.

– А, Азим! – придя в себя, улыбнулся старик.

– Как вы поживаете? Что вы рассказывали? Ничего интересного не упустил? – с бодрым любопытством спросил Азим.

– Да вот Идрис решил наведаться к родственникам в Эрод, поэтому Рахмон-ака советовал ему ехать северо-восточным трактом, – поведал Дамир, когда старик только хотел раскрыть рот.

– А разве Эрод не к северо-западу от Катрона[5 - Катрон произносится с увулярной «к».]? – недоумевал Азим.

– В Виндоле с путников, держащих путь в Эрод или Сирод, берут проезжую пошлину. Сколько она стоит, Рахмон-ака? – поинтересовался Идрис – юноша на пол головы ниже Азима и с квадратным лицом и черными волосами под зелёной круглой тюбетейкой и коричневым растительным узором и в коричневом рабочем одеянии.

– В Виндоле я был чуть больше тридцати лет назад. Тогда проезжая пошлина стоила три серебряных монет, – вспомнив, ответил Рахмон.

– За столько лет пошлина могла вырасти, – заметил Дамир.

– Это же вымогательство! – возмутился Идрис. – Я же не с торговым караваном еду туда… Как насчёт Эрга? Почему никто не едет в Фарод через пустыню?

– НЕТ! – неожиданно крикнул Рахмон, но из его уст вырвался лишь громкий старческий хрип.

– Но почему? – недоумевал Идрис. – Так ведь ближе.

– Это запрещено «странным законом», – негромко ответил Рахмон.

– Чем? – усмехнулся другой юноша с флейтой на поясе и надменным взглядом.

– В пустыню запрещено ходить Байзо и Зухуром[6 - Зухур произносится с гортанной «х».], – добавил Рахмон, но его слова не внесли ясности недоверчивым юношам.

– Кто они такие? – в один голос спросили Идрис и Хуршед – тот самый юноша с флейтой и каштановыми волосами.

Нынешнее поколение не может назвать и трёх предыдущих султанов. Что с них про тех, кто правил тысячи лет назад? Покачав головой, Рахмон хотел ответить, но услышав свист Рашида, юноша оставили старика и начали накрывать большую скатерть на поляне для завтрака. Вздохнув с тоской, Рахмон опустил глаза и ушёл в себя.

– Только не через пустыню, – его едва отличимый голос заставил Азима задержаться.