Свет в объятиях тьмы. Азим и Чёрный рубин

Всё было очень просто и немудрено, но стряпня эта была по нраву почти всем этим рабочим, да и другим сменам, которым он её готовил.

Пальчики оближешь!

Простым крестьянам не надо готовить кулинарный шедевр. Главное, чтобы желудки были сыты и сил хватало для работы в земле.

Этой своей стряпнёй Рашид не особо-то и хвастался, но самый заядлый гурман не побранил бы его «шедевр».

Повар не держал рецепт своей стряпни в секрете и был рад, когда кто-то помогал ему у казана. Рашид варил в подсоленной воде очищенную картошку, объясняя, что молодая картошка намного вкуснее.

Пока она варилась, он нарезал на небольшие кубики говяжий или бараний жир – сегодня у него был только бараний – и бросал их в раскалённый казан: там жир таял и начинал жариться в собственном соку. Шкварки он доставал, как только они румянились, сыпал солью и мелконарезанным луком и подавал до основного блюда. В Ахоруне это называют «Джазом» или «Джазаком», и оно всем нравиться.

Рахмон как раз шинковал лук и нарезал зелень. Он посыпал их над шкварками и, пока горячо, с хмурым видом пошёл раздавать тарелки рабочим.

Тем временем, уже все собрались и сидели за скатертью, скрестив ноги под собой. Когда же рассказчик подошёл к ним, они встретили его голодными улыбками и принялись все вместе уминать джаз.

На оставшемся масле повар подрумянил ещё лука, и картошка к этому времени полностью отварилась. Азим с Дамиром подавали ему вымытую ребятами посуду – неглубокие деревянные тарелки – и повар накладывал картошку с расчетом одна миска на двоих.

Сверху Рашид подливал масло с луком и подавал с чашкой густо-разбавленной чакки (катыка).

Азим и Дамир раздав всем еду, вернулись к Рашиду за своей порцией.

– А часто он такой угрюмый… замкнутый и какой-то потерянный, что ли? – спросил Азим про старика Рахмона.

– Хотелось бы, чтобы он пореже вёл себя странно, – вздохнув, ответил Рашид. – С тех пор как он переехал в Ангуран, его как будто подменили.

– А давно вы с ним знакомы? – поинтересовался Дамир.

– С детства можно сказать.

Рашид с грустью взглянул на своего старого друга, тесно сидящего среди молодых ребят, но такого отстранённого на вид. Рашид им сильно дорожит. В глубине души Рашид был всё ещё озадачен, ведь он так и не узнал, что же стряслось с Рахмоном. Что же заставило его превратиться из весёлого, жизнерадостного сангвиника в содрогающегося меланхолика?

Зная наперёд, что любопытные юноши сейчас начнут расспрашивать, Рашид решил сам рассказать им про их дружбу.