Одна истинная королева. Книга 1. Коронованная звездами

Нереальная тишина – такая бывает в ночном лесу. Отчаянно силюсь вспомнить, что Питер рассказывал про тех тварей. Духосветы… Они охотятся ночами, их привлекает свет… Обычно свет отпугивает разных существ, поэтому мы не тушили огонь. Дрожащими руками задвигаю засов на двери, тушу огонь и на всякий случай прячусь под лежанку. Долго лежу на ледяном полу, паутина путается в волосах. Как же мне страшно! Пытаюсь убедить себя, что с Питером ничего не случится. Он знает, что делает. Так? Да? У него точно есть план, иначе он бы не выбежал! Но почему он не возвращается?

Неправдоподобная тишина постепенно покидает сторожку.

Сперва слышу, как под кровлей шумит ветер. Затем – карканье и крики ночных птиц, им вторит стрекот насекомых. Шуршит листва, и сначала я думаю, что это идет Питер. Но затем улавливаю хриплое сопение, пыхтение, а затем что-то скребется, царапает стену сторожки прямо там, где лежу я. Безобидный кабан? Или какая-нибудь маленькая зверушка, которая питается костями? Может, лесной лев или черный волк, о которых рассказывал Питер?

Я просто хочу домой.

Больше ничего. Просто хочу домой.

Вместо того чтобы свернуться на лежанке калачиком, я решилась только сесть. Сна ни в одном глазу. Я взбудоражена, такое ощущение, что тело никогда не сможет расслабиться.

Наконец слышу стук в дверь. От облегчения из моих глаз катятся слезинка-другая, я отодвигаю засов так быстро, как могу, и шепчу:

– Все в порядке?

Питер стоит в дверях, привалившись к косяку и тяжело дыша. Он выглядит таким измученным, словно несколько часов держал на плечах небесный свод, чтобы на наши головы не обрушилась ночь.

Что-то сверкнуло, и я в ужасе посмотрела за его спину. Между деревьями виден свет – длинные, вытянутые, светящиеся тени. А между ними пляшет тьма – чернее черноты.

– Заходи, живо! – лепечу я, хватая Питера за руку, и, задыхаясь, затаскиваю его внутрь. Рука Питера холодная и напряженная, а лицо… В отблесках этих существ мне на мгновение померещилось, что вместо кожи у него камень.

– Что с тобой? – вскрикнула я. Боже мой, я даже не уверена, что это действительно Питер!

– Закрой дверь, – простонал он. Голос обессиленный, но, без сомнений, это голос Питера. Его шатает. И его снова озаряет тот яркий свет снаружи. Не считая синяка, нездоровую бледность и изнуренность, выглядит он как обычно. Может, почудилось? – Дверь! – повторяет он, ловя воздух ртом. Оставив его, бросаюсь к двери, а он на ощупь ищет лежанку, но хватает пустоту.