Среди нас

 Обед

Вадим, засунув руки в карманы в поисках ключей, все-таки смог их отыскать среди звенящей мелочи, он повернулся и стал подниматься по ступенькам. На улице немного веяло холодом, и не было ни намека на дождь, иногда местами выглядывало солнце. Вадим подумал, хорошо было бы если бы, наконец, потеплело. Он больше любил, жаркие месяцы. Но февраль в этом году был непредсказуем.

Со скоростью черепахи, поднимая ноги, он поплелся ко входу. Вадим прислонил домофонный ключ к железному кружку на черном аппарате, раздался звенящий звук, и дверь отворилась.

Подъезд был грязным, по-видимому его давно не мыли. Уборщик отсутствовал по крайней мере месяца три, не меньше, но следователь все-таки остановился на решетке и вытер свои ноги перед входом, чтобы не заносить в подъезд снега, который прилип к его подошве. Он думал, что снег, посыпанный химикатами, если останется на обуви, то сможет ее со временем испортить.

Лифтом пользоваться он не любил, так как ему помнился тот случай, произошедший несколько лет назад, когда трос порвался, и кабина улетела с шестнадцатого этажа прямо вниз с человеком внутри.

Да и подниматься ему нужно было вовсе не так высоко.

Повернув к лестнице, он открыл дверь и вышел на ступеньки. Поднявшись на второй этаж, Вадим отворил дверь в свою квартиру, и сняв с себя ботинки, наступая на задники, зло проговорил про себя, услышав играющую музыку: «Неужели я забыл ее выключить? Ну как всегда».

Он кинул ключи обратно в куртку и, сняв ее, повесил на крючок рядом с дверью.

«Кушать, кушать, кушать!» – с улыбкой сказал Вадим, потирая свои ладони друг об друга и поплелся к кухне.

Остановившись, он вспомнил, что у него болит голова. Тогда он резко развернулся и пошел в ванную комнату. Открыв шкафчик на стене, он увидел, что какие-то таблетки посыпались оттуда прямо на пол мимо раковины. Вадим нагнулся чтобы поднять их. Боль наполнила его голову с новой силой, он сморщился и быстро встал с кучей блистерных упаковок в руках.

Найдя нужное обезболивающие, он запил его водой прямо из-под крана. Врач запрещал ему пить таблетки на голодный желудок, иначе гастрит сделает свое нехорошее дело, но это Вадима сейчас волновало меньше всего.

Он постоял немного с закрытыми глазами, понимая, что голова сильно кружится, и решил все-таки возобновить свой поход на кухню. Медленно шаркая по керамической плитке, он устремился туда. Любая мысль о еде поднимала его настроение.