Сестрица

Прямо на глазах у девушки она обратилась в красно-зеленый вихрь из мшистого платья и рыжих волос – и втянулась в нору меж корней липы. Изабель шагнула было за ней, но пока она неуклюже переступала с ноги на ногу, раздался высокий, мгновенно оборвавшийся вопль – предсмертный крик кролика. Девушка отпрянула.

И вновь оглядела то, что лежало у нее на ладони. Она не сомневалась, что королева фей дала ей все три предмета нарочно, чтобы подразнить, и от этого было особенно больно.

– Страшная, – сказала она, коснувшись пальцем косточки.

 – Никому не нужная. – Она провела пальцем по скорлупке. – Колючая, – закончила она, уколовшись о коробочку с семенами. – Как я.

Утром она бросит их в очаг. Пойдут на растопку – хоть какая-то польза. А пока Изабель сунула их в карман юбки и направилась к дому, уверенная в том, что для нее нет ни надежды, ни спасения. Есть лишь отчаяние, давящее и тяжелое, поселившееся там, где когда-то билось ее сердце.

Есть люди, и их немало, которые будут сражаться не опуская рук, пока остается хотя бы призрак надежды.

Их называют храбрыми. Но лишь немногие способны не опустить рук там, где надежды нет никакой. И вот их-то называют воителями.

Изабель тоже была однажды такой, просто она забыла.

Вспомнит ли она? Пока не похоже. Но вещи всегда не похожи на себя ночью. Самые темные часы перед рассветом лишили мужества не одного человека. В отсутствие солнца пламя свечей отбрасывает на стены наших душ причудливые тени, способные превратить мышь в огромное чудовище, а маленькую неудачу – в катастрофу.

И если ночью тебе придет охота повеситься – что ж, таков твой выбор.

Вот только отложи поиски веревки до утра.

Когда взойдет солнце, ты сможешь придумать ей лучшее применение.

Глава 26

Изабель поднялась к себе, чтобы лечь спать, а Судьба тем временем бродила по Дикому Лесу.

У поваленного дерева она остановилась, сняла с трухлявого ствола многоножку и откусила ей голову.

– Превосходно, – сказала она, слизывая с губ крошечные черные капли. – Горькая кровь – горькие чернила.

Опустив извивающееся тело в корзинку, которая висела на локте, Судьба подняла голову и, вглядевшись в сплетение ветвей, сказала:

– Мне нужен волчий корень. Смотри в оба, вдруг увидишь. Веточка белладонны тоже не помешает.

Ворон, сидевший на ветке сосны, вдруг сорвался с места и полетел прочь, а Судьба пошла дальше.