Эту сцену построила ты

Зачем-то до сих пор верю в эту странную связь между «я есть» и «я должна быть хорошей». Поэтому я не принимаю помощь, плачу в подушку и не отхожу от детей двадцать четыре на семь. И я уже давно не знаю, что мне нравится: танцевать, пить арбузный смузи в кровати, говорить с уличными собаками или просто смотреть на стенку. Последний раз, когда я оставалась наедине с собой, был пять лет назад. Тогда я ходила много по парку и наслаждалась жаркими летними днями. Это было время моего первого декрета. Так что это было не совсем только для меня и строго по определённой траектории, потому что с коляской ни по горе не взберёшься, ни на аттракционах не покатаешься.

И вот зачем-то я сижу на диване этим утром и думаю про это. А ещё молча перебираю в голове разные профессии. Пока я лучше всего справляюсь с мытьём поп и приготовлением еды. Сложно найти ту самую работу, когда ты себя-то найти в этом мире не можешь. А из опыта – работа официанткой, фитнес-тренером в тренажёрном зале, промоутером, создателем выставок и исторических статей и страшно хилым соорганизатором быстрых свиданий.

И зачем я снова заковырялась в этих раздумьях. Ведь моя жизнь именно такая, к которой я шла все годы.

Я всегда об этом мечтала: иметь большую семью и стать самой замечательной мамой и женой на свете. Работать и строить супер карьеру я не хотела. Хотя моя большая детская мечта – сняться в кино и выступать на сцене. А ещё быть известной певицей и издать свою книгу и десятки сборников со стихотворениями.

. И я рада, что эти мечты до сих пор живут внутри меня, только перестали светить – лампочки что ли перегорели. Потом разберусь. Но в какой-то момент всё перестало быть так красиво, и начались конфликты.

Я начала замечать, как научилась легко терять интерес к своей прежней жизни. Подгузники с какашками перестали пахнуть цветочками. Собираться на улицу с каждым разом становилось всё сложнее. И спрятаться от детей в туалете хотелось всё больше. Я ничего не могла понять.

Казалось, что это засиял ретроградный меркурий, навалился пмс или просто сказывается усталость. Но тут было что-то большее. Более глубокое и сложное. То, с чем я не умела и не знала, как работать и как вообще разговаривать с этим самым чем-то.

Каждая минута моей жизни наполнялась до краёв тревожностью и тем, что я не могла описать словами. Это состояние начиналось с самого утра, когда я просыпалась и даже не успевала ещё открыть глаза.