Зимняя роза

Его совсем не тянуло туда идти, но придется.

Слава богу, шумиха вокруг ограбления «Крепости» поутихла. Одной щекотливой темой меньше. Про ограбление писали во всех газетах, но, к счастью, одновременно там же сообщалось об аресте Сида Мэлоуна и двух его сообщников. Дональдсон их арестовал. Вот только зацепок инспектор не нашел. Сообщников пришлось выпустить. А сам Мэлоун вместо камеры загремел в больницу, где его выхаживает – кто бы мог подумать? – Индия! На данный момент власти не могли упечь за решетку ни Мэлоуна, ни его людей.

Но этот неприятный факт Фредди скрасил заявлениями о том, что расследование продолжается. Полиция ищет улики и собирает доказательства, а потому справедливость вскоре восторжествует. Не самый лучший финал, но Фредди хотя бы ослабил удар по своей репутации. Если принять во внимание все обстоятельства, он не так уж и плохо выпутался из всей истории, показав себя быстрым, жестким, умеющим контролировать события.

Фредди высвободился из объятий Джеммы.

– Старушка, мне надо бежать.

Обязан быть на одном скучнейшем обеде, – сказал он, вставая с постели.

Он заскочил в ванную, чтобы умыться и причесаться, затем подхватил с пола одежду и быстро оделся. Прежде чем уйти, он наклонился и поцеловал сонную Джемму.

– Чертовски рад, что мы снова вместе.

– А кто сказал, что мы вместе? – спросила Джемма, открывая свои ленивые кошачьи глаза. – Нет, Фредди, мы не вместе. У меня теперь другой мужчина, и ты это знаешь.

Фредди присел на кровать, взяв Джемму за руку:

– Как только я женюсь, все изменится.

Обещаю.

– Фредди, мне нужны не только обещания. Обещаниями с моей портнихой не расплатишься.

– Джемма…

– До свидания, Фредди. Возвращайся после свадьбы… или вообще не приходи.

Она закрыла глаза и повернулась к нему спиной.

Фредди потянуло на возражения, но его подпирало время. Если он сейчас не уйдет, то опоздает. Выйдя из квартиры Джеммы, он торопливо сбежал по лестнице и хлопнул входной дверью. Она жила в Степни, на тихой улочке.

Кеб здесь вовек не сыщешь. Фредди поспешил в южном направлении, к Коммершел-роуд.

Через неделю мы все будем в Лонгмарше, думал он. Осталось всего семь дней. Он не пожалеет никаких усилий, чтобы заставить Индию назвать дату свадьбы. Он пустит в ход все уловки: будет распинаться о неумирающей любви, скажет, что жить без нее не может, потом добавит, как давно он мечтает о детях. Если же вся эта словесная мишура не сработает, всегда остается другой способ.