Железное сердце

Ей хотелось закричать на мачеху, упасть ей в ноги и упрашивать об отмене наказания, но принцесса понимала, что ничего такого не сделает. Поэтому она, опустив руки, неподвижно смотрела, как Том попятился, зацепился башмаком за камень и снова упал.

– Папа! Папа! – закричал он, протягивая руки к отцу.

Алистер шагнул к сыну, но у него на пути встал капитан дворцовой стражи. Псарь повернулся к королеве, чтобы умолять ее пощадить его ребенка, но та уже ушла.

Софи понимала, что затеяла королева. Она желала преподать урок.

Не мальчишке: это был лишь предлог. Нет, урок предназначался всем благородным охотникам, дамам и кавалерам, и суть его заключалась вот в чем: трусость опасна и наказуема, а непослушание – вдвойне.

А еще она хотела преподать урок Софи.

Тот же, что и всегда: нет ничего вреднее доброты.

Глава 4

Королева стояла перед зеркалом в своих покоях.

В его серебряной глади отражалась высокая, стройная женщина с глазами синими, как бурное море, светлыми волосами и высокими скулами.

Звали ее Аделаида.

«Когда-то она была прекрасна, как утренняя заря, но время ее не пощадило», – обычно говорят те, кто берется рассказывать эту сказку. Или так: «Время оставило „гусиные лапки” в уголках ее глаз и провело глубокие морщины на лбу».

А теперь скажи мне: есть ли на свете хоть одна сказка, которая начинается с описания морщин короля?

Так почему никто никогда не упоминает об остром уме этой королевы? О том, как она была смела и сильна духом?

Каменный пол леденил босые ступни, промозглый воздух холодил кожу.

Дрожь прошла по телу, ведь она только что приняла ванну и даже не вытерлась как следует, а тонкая сорочка не давала никакого тепла. Но королева, казалось, ничего не замечала. Лихорадочно блестя глазами, она смотрела в зеркало так, словно что-то искала в его глубинах.

Что именно она там высматривала, не знал никто. Хотя догадки строили многие.

Вошла фрейлина с белым атласным платьем в руках и через голову опустила его на плечи королевы.

Другая туго зашнуровала ее корсаж. Еще две внесли золотистую мантию, покрытую дюжинами бриллиантов чистейшей воды.

– Тяжелая, как доспех, – заметила леди Беатриса, старшая фрейлина, опуская драгоценное одеяние на плечи повелительницы.

– Это и есть доспех, – ответила та. – Через час я встречаюсь с послом Хинтерландии для переговоров о спорных территориях на севере. Это коварный старый змей, как и его хозяин.