Пока бьётся сердце

Я собираюсь сказать ему, что пятнадцать лет думала, что недостаточно хороша для него – для его дружбы. Для его уважения. Для его хорошего отношения ко мне. Но не успеваю произнести ни слова, потому что по скрипучим ступенькам подвала снова стучат ботинки Эрла, и меня ждет седьмое изнасилование подряд. Мы с Дином поворачиваемся к ублюдку-садисту, который надвигается на нас с дьявольской ухмылкой.

– Сегодня у меня для моих малышей припасено несколько новых трюков, – сообщает нам Эрл, хлопая в ладоши и потирая ладони.

О боже. Что еще он может для нас придумать? Пытку?

Содомию?

Я чувствую тошноту.

Я жду, что он подойдет ко мне, как обычно делает каждое утро перед работой, но вместо этого он подходит к Дину. Я встаю на ноги, чувствуя, как от тревоги сводит живот.

Эрл рычит Дину:

– Ты готов немного повеселиться, мой грязный пес?

Я начинаю греметь цепями, меня тошнит от одной только мысли.

– Нет! Отвали от него.

Дин остается сидеть с невозмутимым лицом.

– Пошел на хрен.

– О, это не то, о чем ты думаешь.

 – Эрл вскидывает руки вверх, качая своей круглой головой и хрипло смеясь. Вдруг он вытаскивает пистолет и приставляет дуло ко лбу Дина. – Я не гомик. А теперь встань, малыш.

Дин встает. Мы обмениваемся озадаченными взглядами, оба в замешательстве. Оба измученные неизвестностью.

– Сейчас я тебя сниму с цепи, – сообщает Эрл, продолжая с силой прижимать дуло пистолета к голове Дина. – Одно неверное движение, и я разнесу тебя на куски. Найду новую собачку для своего котенка.

Ты меня слышишь?

Дин кивает.

– Хорошо. – Эрл достает ключ из кармана и освобождает руки Дина. Я смотрю, как наручники падают на пол, а Дин потирает свои опухшие запястья, ожидая дальнейших распоряжений.

Эрл отступает на три шага и несколько мгновений молчит, следя, чтобы Дин не мог сделать никаких резких движений. На его толстом красном лице появляется хитрая улыбка, и от этого вида тревога во мне растет и клокочет еще сильнее. Что бы он ни задумал, ничего хорошего это не сулит.

Удовлетворенно, протяжно вздохнув, Эрл озвучивает свои намерения:

– Трахни ее.

Воздух покидает мои легкие. Комната начинает вращаться.

Я смотрю на Дина, который в шоке и заметно бледнеет на моих глазах.

– Что? – переспрашивает Дин, его голос едва ли громче натянутого шепота.

Эрл хихикает, его глаза-бусинки наполнены злобой.

– Я что, невнятно разговариваю? – Он направляет пистолет на меня, затем снова целится в Дина. – Трахни. Ее.