Если Карфаген будет разрушен, мир погибнет

Поэтому-то Прокопий, искренно полюбивший молодого полководца и друга, начинает «Тайную историю» рассказом о том, «что постыдного было совершено Велисарием».

Еще Константин I законодательно закрепил запрет жениться людям из сенаторского сословия на цирковых актрисах и публичных женщинах. И Прокопий буквально обрушивает свое негодование на Юстиниана за то, что тот «заставил василевса (Юстина I) заменить эти законы другим законом, и с тех пор жил с Феодорой как с законной женой, сделав и для всех остальных доступным обручение с блудницами».

Вообще-то Прокопию Юстиниан был безразличен, даже если бы тот женился одновременно на всех путанах Константинополя, но ему было отчаянно обидно за Велисария, попавшего в ловушку, поэтому в следующей фразе из «Тайной истории» звучит горькое разочарование не Юстинианом, а полубаловнем-полустрадальцем Велисарием: «У него (была возможность) … сделать супругой женщину, которая среди всех остальных была бы наиболее благородной, исполненной чувства глубокой стыдливости и скромности, отличавшуюся благоразумием и обладающую не только необыкновенной красотой, но и невинностью» (Historia Arcana, гл.

10, §2).

Так шаг за шагом открывается «Тайная история», впрочем, как и остальные книги, начиненные загадками. Они – как сувенирные русские матрешки: открываешь одну деревянную расписную куколку, в ней еще одна яркая красавица, затем еще. И так до последней – самой маленькой, простенькой и часто некрасивой.

Победа при Даре, а затем и другие успешные военные действия римлян на Востоке возродили экспансионистские идеи «имперцев» в правительстве Юстиниана.

Да и сам Юстиниан, окрыленный успехами римского оружия, искренне считал себя преемником римских императоров и потому страстно поддержал планы «имперцев» по реставрации единой Римской империи в прежних ее пределах.

В законе, датируемом 533 годом, набожный император писал: «Об одном умоляем мы святую и славную Деву Марию, чтобы по ходатайству Ее удостоил Господь меня, Своего последнего раба, воссоединить с Римской империей все, что от нее отторгнуто, и довести до конца высочайший долг наш».

В стремлении укрепить Вторую Римскую империю с центром в Константинополе Юстиниан и его правительство приступили к осуществлению программы по упрочению внешнего престижа империи и императорской власти, которые определяли весь период пребывания Юстиниана на императорском троне с 527 по 565 годы и до сегодняшнего дня связывались с его именем.