Генезис платоновской философии. Второй том, Первая часть

), как и аналогичное начало, также имеет благие намерения, видно из того, что оно также содержит перечисление того, что было сделано для ответа на вопрос, поставленный в начале, и таким образом полностью объединяет строго методичный ход всего в хорошо очерченный круг..

Можно ли теперь, после всего этого, действительно назвать:

IX. Конечная цель этого диалога

Баумгартен-Крузиус и Штальбаум 750) только обозначают этическое учение о высшем благе, но тем не менее это дает столь же неопределенное представление, как если бы учение о бессмертии объяснялось как содержание «Фаэдо».

Ибо, с одной стороны, то, что Баумгартен совершенно упустил из виду, сущностное единство высшего блага в его метафизическом корне с идеей блага как такового прослеживается самым решительным образом; Но и здесь мы не должны останавливаться на Стальбауме и Мунке;[70 - Die nat?rliche Ordnimg der platonischen Schriften, Berlin 1857. s. p. 263. Я считаю излишним специально ссылаться на многочисленные ошибочные утверждения в этой работе. ] во-вторых, то, что Стальбаум [71 - a. a O. S. 85. Anm.]очень несправедливо объявляет пустой софистикой, оттуда высшее благо отнюдь не трактуется непосредственно, но само по себе лишь как особая форма появления идеи блага в пределах всей вселенной, и таким образом в то же время телеологический характер платоновской физики еще более решен, чем уже подготовлен в Фадоне, ср. p. 61. A.,[72 - Auf diese Stelle und nicht auf p. 04. C. h?tte sich daher Steinhart a.  a. O. IV. B. 597. beziehen sollen, denn am letztern Orte heisst ??? unr das Ganze der Mischung von Wahrheit, Einsicht nnd Lust. S. Jahns Jahrb. LXX. S. 136 f.] и в то же время сознательное благо человеческой души не только преобладает над бессознательным благом телесного мира, но и над тем, что в ощущениях низших душевных существ, а именно животных и растительных душ (p. 67. B. cf. 22. B.) – в отличие от учения Аристиппа о наслаждении, которое основывается на этих подчиненных явлениях, – но, с другой стороны, оно столь же решительно подчинено благу, действующему в высших душах вселенной и звезд. Таким образом, «Филебы» оказываются самым прямым продолжением учения о душе из «Федона», на котором основывается «Тимей» так же, как и «Республика», и поэтому нельзя без основания определять вместе со Шлейермахером [73 - a. a. O. II. 3. S. 132. f.]выведение всего сущего из идеи блага – хотя бы подготовительным путем – как цель «Филебов».