Начало и вечность жизни

В это время Гарвей, добившийся после долголетней борьбы общего признания своего великого открытия – кровообращения у человека и высших животных – был в сознании человечества великим ученым, «великим Гарвеем»; ко всем словам его прислушивались. И его работа обратила на себя огромное внимание.

В это время во Флоренции при поддержке местных герцогов Медичи создался кружок ученых – Academia del Cimento, продолжавшая работу Галилея (G. Galilei, 1564–1642), занимавшаяся точными опытными исследованиями и научным наблюдением явлений природы.

Одним из самых видных членов этой академии был Ф. Реди. В сохранившихся записях этой академии видно, что вскоре после выхода в свет работы Гарвея в ней поднимался вопрос о самопроизвольном зарождении насекомых, притом он решался ею в той самой форме, в какой его после выявил Реди. Едва ли можно сомневаться, что в этом решении – в 1657 году – участвовал Реди, но опубликованы его опыты были в 1668 году, через 11 лет, когда уже Academia del Cimento не было: она закрылась за немного лет перед тем с переездом поддерживавшего ее кардинала Медичи в Рим. Реди в своей работе опубликовал как свои опыты над зарождением червей в гниющем мясе и других продуктах, так и критику всего материала чужих наблюдений, который в это время существовал в науке. Реди писал свои научные произведения на изящном итальянском языке, заботясь о красоте формы; его труды переводились немедленно на обычный язык ученых – латинский.

Необходимо остановиться в немногих словах на его личности.

Это был один из лучших и наиболее известных врачей Флоренции, придворный врач тосканских герцогов, широко образованный человек, любивший общество, природу. Прекрасный экспериментатор – его опыты в этой области положили основы всем другим позднейшим работам, – он в то же время был и тонким наблюдателем, как это показывают его работы над насекомыми и над паразитными червями. Он был членом не только ученой академии, но и академии литературной – Academia della Сrusca, много работал над словарем итальянского литературного языка того времени, словарем тосканского наречия, писал сонеты, любил поэзию. От него осталась большая поэма о тосканских винах – «Вакх в Тоскане», которая была снабжена им учеными примечаниями. Из этой веселой поэмы и ее примечаний ясно виден не только мягкий эрудит-эпикуреец, но и своеобразный философ, бравший из жизни все ее хорошие стороны, но искавший в ней и глубокое содержание.