Игры наследников

Если он сказал это для того, чтобы рассеять напряжение в комнате, ничего не вышло, зато ему удалось отвлечь Грэйсона от Джеймсона – пусть и ненадолго.

– Никаких «печенек», – сказал Грэйсон сдавленным, точно его душили собственные слова, голосом. Казалось, последний выпад Джеймсона напрочь перекрыл ему кислород.

– Прекрасно, – беспечно отозвался Ксандр. – Вы умеете торговаться, Грэйсон Хоторн. Никаких печенек. – Ксандр подмигнул мне. – Но булочки-то никто не отменял!

Глава 17

– Первый скон – он, так сказать, тренировочный, – заявил Ксандр и запихнул в рот целую булочку, а вторую протянул мне.

Проглотив угощение, он продолжил лекцию: – И только к третьей, нет, даже к четвертой порции начинаешь хоть что-то понимать в сконоедении.

– Сконоедении? – невозмутимо переспросила я.

– Вам присущ скепсис, – подметил Ксандр. – В этих стенах он сослужит вам добрую службу, но если на свете вообще существуют универсальные истины, то главная в том, что умение отличить плохой скон от отменного – это тонкое искусство, и его нельзя освоить за день.

Краем глаза я заметила Орена и задумалась, как долго он идет по нашему следу.

– А почему мы с вами стоим и болтаем о булочках? – спросила я у Ксандра. Орен не раз подчеркивал, что братья Хоторн и пальцем меня не тронут, но это еще ничего не значит! Почему Ксандр не стремится подпортить мне жизнь? Разве не этого от него стоит ожидать? – Вы же меня ненавидеть должны.

– Так и есть, – подтвердил Ксандр, уплетая за милую душу третью булочку.

 – Обратите внимание: черничные сконы я забрал себе, а вам достались… – его передернуло, – лимонные! Вот они, истинные глубины моей ненависти к вам, вот они, мои принципы!

– Я не шучу, между прочим, – сказала я. У меня было такое чувство, будто я попала в Страну чудес – точнее сказать, проваливаюсь раз за разом в кроличью нору, и падениям моим нет конца.

Ловушка за ловушкой, прозвучал в голове голос Джеймсона. Загадка за загадкой.

– А с какой мне стати вас ненавидеть, Эйвери? – наконец спросил Ксандр. Никогда еще я не улавливала в его голосе столько эмоций. – Это ведь не ваших рук дело.

А Тобиаса Хоторна.

– Может, вы невинны, – пожав плечами, продолжал он. – А может, вы – злостная мошенница, и Грэй прав в своих подозрениях, но как бы там ни было – будь вы даже сто раз уверены в том, что перехитрили нашего деда, на самом деле это он вас обвел вокруг пальца, и никак иначе.