Детишки в доме на холме

Была здесь и художественная литература, в том числе бабушкин «Франкенштейн» – единственная сохранившаяся у меня моя детская книга, которая стояла между «Дракулой» и «Странной историей доктора Джекила и мистера Хайда». До сих пор на страницах можно было разглядеть тонкие карандашные линии – это я подчеркивала поразившие меня строки.

«Мне первому предстояло преодолеть грань жизни и смерти и озарить наш темный мир ослепительным светом»[8 - Мэри Шелли. «Франкенштейн, или Современный Прометей».

(Пер. З. Александровой.)].

На нижних полках стояли авторские экземпляры моей книги «Спутник охотника за чудовищами», опубликованной пять лет назад. После того как я появилась в «Монстрах среди нас», продажи книги резко возросли (издатель снабдил очередное издание кинообложкой). Насколько мне было известно, за последние полгода было продано больше экземпляров, чем за предыдущее пятилетие.

Достав мобильник, я отправила Фрэнсис короткое сообщение:

Работу в Луизиане пришлось прервать.

Ненадолго заехала домой, сейчас отправляюсь в другое место.

Через пару секунд пришел ответ:

Новый монстр?

Монстр старый, след новый.

Когда вернетесь?

Не знаю. Держи оборону, пока я не вернусь. Сможешь?

В ответ Фрэнсис прислала мне картинку-эмодзи с поднятыми вверх большими пальцами. Спустя секунду аппарат снова пискнул:

Как быть с Брайаном?

Я вздохнула.

Скажи ему, – написала я, – что я уезжаю на охоту очень далеко – туда, где нет мобильной связи, – и что ты не знаешь, когда я вернусь.

Нельзя же до бесконечности кормить его завтраками.

Я не собираюсь ничем его кормить. Я ему уже все сказала, просто мой ответ ему не по душе.

Он упрямый.

А я упрямее.

В ответной эсэмэске Фрэнсис прислала мне смайлик и пожелала удачи. «Разговор» я закончила, написав ей, что оставлю очередной чек в почтовой корзинке.

Признаться, мне было немного неловко от того, что единственный человек, с которым я регулярно встречалась, с которым проводила больше всего времени и который был мне, наверное, ближе многих и многих, является моим наемным работником. Но ведь это был мой выбор, не так ли?.. Мой образ жизни почти не оставлял мне времени для общения ради общения, и меня это вполне устраивало.