Детишки в доме на холме

– Лиззи, остановись! Я тебя прошу!

– Не могу. Я просто не могу, и ты это знаешь. Она заполучила еще одну девчонку.

– Но ты не знаешь этого наверняка. Быть может, это вовсе не она…

– Я знаю, Чарли. Я чувствую…

– Но ведь прошло уже больше сорока лет, – напомнил он. – За это время могло случиться многое. Она могла умереть…

– Нет, она не умерла, – сказала я, и я знала, что не ошибаюсь. Если бы моя сестра умерла, я бы это почувствовала. Обязательно почувствовала. – Она там. И это она забирает девочек.

– Даже если так, – проговорил Чарли, теряя терпение, – то какое отношение это имеет к тебе?

Ну как, скажите на милость, мог сказать такую вещь мальчишка, который когда-то знал о монстрах все, что только возможно?

– Самое прямое, – сказала я гораздо резче, чем намеревалась.

 – Неужели ты этого не понимаешь? Я должна ехать в Вермонт.

– И что ты собираешься там делать?

На мгновение у меня перехватило дыхание. Что я собиралась делать? Что я надеялась сделать?

Спасти девочку, разумеется.

Я должна добраться до места вовремя, спасти девочку и сделать так, чтобы больше ни один ребенок не исчез в полнолуние.

– Ее нужно остановить.

Не успели эти слова сорваться с моих губ, как я поняла: именно это я твердо намерена сделать, сделать любой ценой. Я и раньше говорила себе что-то подобное, но этот раз был другим. Особенным. Да и развязка должна была наступить именно в Вермонте. В этом была своя символичность и… закономерность.

Ты еще не устала от этого? От детской игры в кошки-мышки?

Я хотела объяснить ему все это, поскольку он единственный из всех людей мог бы меня понять, но вдруг поймала себя на мысли, что думаю о нем как об Эрике, с которым мы играли в детстве, а не как о взрослом, одышливом мужчине, которого теперь даже зовут по другому.

К тому же в последнее время Чарли все чаще делал вид, будто ничего не помнит. Уже не раз, когда я задавала ему вопрос о том или ином конкретном событии или поступке, он качал головой и говорил виновато: «Я не помню, Лиззи.

Это было так давно!..»

– Как? – спросил он. – Как ты собираешься ее остановить? – Его голос зазвенел от страха, и я снова подумала, что мне не следовало ему звонить. С моей стороны это был чистой воды эгоизм. Или глупость.

– Ты сам знаешь – как, – резко сказала я. – Ты знаешь, что нужно сделать, чтобы остановить чудовище. Ведь ты помогал нам писать нашу книгу, а в ней была об этом целая глава…

Брат молчал. Потом я услышала щелчок зажигалки – Эрик закурил.