Самая сексуальная журналистка

Который работал всего четыре недели, но уже успел «достать» компьютерщиков, допечь рекламщиков и вечными придирками превратить редакцию телеканала в сущий бардак. А сейчас он нацелился на Фейт и ее передачу «Секси Сидней». А между тем она выстраивала эту передачу на протяжении двух лет, завоевав репутацию правдивой журналистки. И теперь он хотел ее закрыть.

Фейт вдохнула через нос и выдохнула через рот. Так, нужно успокоиться. Она вспомнила занятия по йоге. Заткнула уши пальцами, закрыла глаза и погудела – так, как учил ее Шри Шри Рави.

– М-м-м…

Она вот-вот потеряет работу. Сбережений у нее нет, так что придется съехать с квартиры, – и куда она пойдет? Перебравшись сюда, вслед за мечтами, Фейт оставила большинство друзей в Англии. А здесь ей удалось завести всего пару приятельниц: работа занимала все время.

– М-м-м…

Ей придется вернуться домой. К безумной матери, разочарованному отцу и братьям-бездельникам, которые вечно ее дразнили.

– М-м-м…

Потом она начнет пить запоем. Станет курить и подбирать бездомных кошек.

А у нее была аллергия на кошек, так что она перестанет дышать и в итоге окочурится, и ее не найдут до тех пор, пока родители не почуют странный запах из ее ком наты.

– М-м-м… будь все проклято… м-м-м!

Она умрет, и Кэш-черт его дери-Андерсон наконец-то успокоится.

Фейт вынула пальцы из ушей. Шри Шри и его йога не помогли. Она обреченно набрала номер Кэша, и внутри все сжалось.

– Черт, ну наконец-то! Где вас носило? Где вы сейчас? – прогремел в трубке его резкий голос.

– Я беру интервью у Бетти Бум-Бум. Я говорила вам, что пробуду тут весь день.

– Забудьте о Бетти Бум-Бум. Вы нужны мне здесь.

Волоски на задней части шеи встали дыбом. Его резкий, требовательный тон напомнил Фейт директора ее школы-интерната. Безжалостного. Грубого. Человека, неспособного к пониманию, даже когда речь идет о девочке, оказавшейся вдали от дома, – испуганной, одинокой и не сумевшей приспособиться. Помнится, директор приказал ей «стать сильнее».

И Фейт подчинилась – поэтому-то и не собиралась позволять боссу третировать ее.

– Я на самом деле не могу. Мне нужно сделать эти фотографии: съемочная группа собирается приехать завтра, и я должна все подготовить.

– Фейт. Я жду вас здесь через двадцать минут.

Он отключился. Двадцать минут. Притом что она находилась в сорока пяти минутах езды. Фейт закрыла глаза, втянула воздух ртом и уже не в первый раз спросила себя, на кой черт она в это влезла.