Монолит. Идущие

В тетрадях написано, что Нестор худо знал происшествия новогородские, гораздо лучше известные Иоакиму; что Славен, внук Иафетов, по сказанию сего епископа, основал город Славянск в России; что после господствовал там князь Вандал, коего родственниками были князья Гардорик и Гуни-гар, завоеватели многих стран; что сыновья Вандаловы назывались Из-бор, Столпосвят и Владимир, женатый на Адвинде; что от Владимира произошёл Буривой, отец Гостомысла, который изгнал варягов из России и построил Выборг; что Рюрик ему внук, Ольга Прекрасна также родственница; что Святослав мучил христиан; что св.

Владимир крестился не в Херсоне, а в Болгарии; что его сыновья, Борис и Глеб, родились от царевны Анны, не греческой (изъясняет Татищев), а болгарской» и проч. См. его Российской) истории т. I, стр. 29—51. (Н. М. Карамзин цитирует 1-ю книгу труда «История Российская с самых древнейших времён, неусыпными трудами чрез тридцать лет собранная и описанная покойным… Васильем Никитичем Татищевым» (М., 1768).  – Ред.)

Сию шутку многие приняли за истину и начали с важностию говорить о летописце Иоакиме. Но слова Татищева: «Вениамин монах токмо для закрытия вымышлен» (стр. 42) доказывают, что здесь дело идёт о вымыслах. Басня о князе Словене, Изборе и проч. давно известна (см. нашей Истории т. I, примеч. 70 и 91). Другие мнимые Иоакимовы сказания явно принадлежат к той же категории…..

Татищев сомневался в истине Нестерова повествования и хотел исправить мнимую его ошибку, говоря: «Cue ко изъяснению древности и Нестерова тёмного сказания много служит, доколе полнейшая тех времён история сыскаться может» (см.

Татищ. Росс, истории т. I, стр. 51). Повторяю, что он не мыслил обманывать: это затейливая, хотя и неудачная догадка.»

Смысл прост и не затейлив. Татищев трудяга и патриот, но из-за не владения материалом на придумывал небылиц и сказок, которые читать интересно, но не более как выдумки, и для солидности прилепили выдержки из Карамзина Н. М.

А, что же сам Татищев В.

 Н. по данному вопросу:

«Между такими неведомыми Нестору и забвенными историками есть Иоаким, первый епископ новгородский, о котором хотя нигде, чтоб он историю писал, не упоминается, но это не дивно, ибо видим других многих: Нифонта новгородского и пр., в гл. 6 показанных. Сия же, которую я при окончании труда моего получил, думается, совершенно более древнего писателя, нежели Нестор, как сведущего в греческом языке, так в истории искушённого.