Самая соблазнительная скромница

Констанция пожала плечами:

– Дома папа не разрешал нам включать музыку.

– Это просто преступление. Даже госпелы?

– Он считает, что музыка – это пустая трата времени.

Констанция нахмурилась. Повзрослев, она стала во многом не соглашаться с мнением отца, из-за чего жить с ним под одной крышей стало совсем непросто. «Действительно, что плохого в том, чтобы немного послушать музыку? Папе всегда казалось, будто даже классическая музыка призывает к греху и разврату», – подумала Констанция. Иногда она вместе с подругой по имени Линн ездила обедать, и тогда они включали в машине радио.

Слушая некоторые мелодии, Констанция не могла удержаться и стучала в такт ногой.

Отвлекшись от этих мыслей, она с облегчением заметила, что они подъезжают к стоянке при казино.

– Тогда как ваши родственники развлекаются?

«Развлекаются? – удивилась Констанция. – Они даже не знают такого слова».

– У них на это остается не так много времени. Родители владеют скобяной лавкой, поэтому им всегда есть чем заняться.

– Сдается мне, что бухучет – штука гораздо более захватывающая, чем сортировка заклепок, – заметил Джон с улыбкой.

Его спутница сначала разозлилась, но затем поняла, что он прав.

Когда они оказались на парковке перед отелем, Джон нашел свободное место, остановил машину, выскочил наружу и умудрился открыть правую переднюю дверь еще до того, как Констанция отстегнула свой ремень безопасности. Она решила, что не стоит проявлять грубость и невоспитанность и отказываться от протянутой ей руки.

Но как только рука девушки коснулась ладони Джона, в ее теле словно вспыхнул фейерверк странных ощущений. «Соберись!» – скомандовала она себе. К счастью, мужчина быстро выпустил ее руку – они остановились рядом с черным ходом, и он стал открывать дверь одним из своих ключей. «Хорошо, что мне не придется идти по шикарному вестибюлю отеля в одной пижаме», – подумала Констанция.

Но затем Джон внезапно положил руку ей на плечо. Кожу девушки обожгло, даже несмотря на плотную ткань пижамы. Он что-то говорил Констанции, но она не могла разобрать ни слова.

«Возможно, таким образом он просто помогает человеку, пережившему стресс, – решила она. – Он и понятия не имеет о том, что уже на протяжении многих лет ни один мужчина не клал руку мне на плечи и что его прикосновение будит во мне вихрь противоречивых эмоций».

Затем он осторожно сжал руку:

– Так лучше?

– Что? – поинтересовалась Констанция, не имея ни малейшего представления, о чем он сейчас ее спросил.