Всем парням, которых я любила

Хочется, чтобы сестренка расслабилась на пассажирском сиденье, уверенная, что Лара Джин отвезет ее туда, куда ей нужно, точно так же, как я чувствовала себя с Марго.

Конечно, можно было бы воспользоваться GPS, но я почувствовала бы себя глупо и неловко, следуя маршруту до торгового центра, где была миллион раз. Это должно было прийти ко мне интуитивно, легко, о чем я даже не задумывалась. Вместо этого я переживаю из- за каждого поворота, предугадывая каждый дорожный знак – это север или юг? Мне надо повернуть направо здесь или на следующем повороте? Мне никогда не приходилось обращать на это внимание.

Но сегодня все идет хорошо. Я слушаю радио, подтанцовывая под музыку, и даже веду машину только одной рукой, чтобы симулировать уверенность, потому что чем больше притворяешься, тем скорее ты сам поверишь.

Все идет так хорошо, что я выбираю короткий путь вместо основного. Срезав через примыкающий квартал, тут же задаюсь вопросом: «А было ли это такой уж гениальной идеей?». Через пару минут все выглядит не таким уж и знакомым, и я понимаю, что должна была свернуть налево, а никак не направо.

Пытаясь заглушить панику, поднимающуюся в моей груди, я стараюсь вернуться прежним путем.

«Ты сможешь сделать это, у тебя все получится».

Впереди четырехсторонний знак «стоп». Не замечая никого, мчусь дальше. Я даже не обращаю внимания на машину, едущую на меня справа, но чувствую ее, прежде чем заметить. Я неистово ору. Во рту ощущается привкус меди. У меня кровь? Я откусила язык? Дотрагиваюсь до него, он все еще на месте.

Сердце бешено бьется, все тело становится влажным и липким. Я стараюсь сделать глубокий вздох, но, кажется, будто мне не хватает воздуха.

У меня трясутся ноги, когда я выбираюсь из машины. Водитель из другого автомобиля уже вышел, осматривает свою машину со скрещенными на груди руками. Он седой, явно старше моего папы, одет в шорты с красными омарами. Его автомобиль в порядке, у моего же огромная вмятина на боку.

– Разве ты не видела знак «стоп»? – спрашивает он.

 – Эсэмэски писала, да?

Я качаю головой. Горло сжало. Не хочу расплакаться. Пока я не плачу… По-видимому, он увидел мое состояние. Морщинка раздражения на его лбу смягчилась.

– Ну, с моей машиной, похоже, все нормально, – неохотно говорит он. – Ты-то в порядке?

Я киваю.

– Мне очень жаль, – произношу я.

– Детям нужно быть более осторожными, – заявляет он, не замечая моих извинений.

Комок в горле становится больше.

– Я очень-очень сожалею, сэр.