Книжный магазинчик у озера

Хари мгновенно метнулся за ноги Зои.

– Когда мы увидимся в следующий раз, молодой человек, – сказала Суриндер, – надеюсь, ты будешь любезнее со своей тетушкой.

Глава 8

Нина выбросила все это из головы. У нее все прекрасно, у нее все будет прекрасно, что-нибудь произойдет само собой, решение найдется. Может, Эйнсли вернется из колледжа или еще что-то случится. Она и не думала о той бездомной, о которой упоминала Суриндер, – это было бы глупо…

Тут в фургоне появилась женщина, Нина смутно припомнила ее, вроде она из пригорода.

Но не из постоянных покупателей.

– Добрый день.

Женщина была не слишком молодой, сердитой на вид и начинала сутулиться.

– Привет, – сказала она. – Могу я тут повесить объявление?

– Можете, – ответила Нина. – Один фунт в неделю.

– Грабеж среди бела дня! – фыркнула женщина.

– Я вас не заставляю, – возразила Нина.

Женщина раздраженно шагнула вперед и протянула Нине деньги. Это было объявление из разряда «Нужна помощь»: помощь по хозяйству, работа вечерами и в воскресные дни, обращаться к миссис Макглон в доме «Буковая роща».

Нина нахмурилась, подумав о девушке-польке. И снова посмотрела на листок.

– Вас не прислала сюда женщина по имени Суриндер? – с подозрением спросила она.

– Чего? – не поняла женщина.

Нина снова глянула на листок:

– Вы ведь… вы из того большого дома?

– Ага.

– И вам нужно… Там трое детей?

– Ага.

Нина опять посмотрела на объявление:

– Это работа с проживанием?

– Там полно места, – пожала плечами женщина.

Нина еще немного подумала.

– Ладно, – сказала она наконец. – Оставьте мне этот листок. Платить не надо.

Женщина удивленно уставилась на нее.

– Могу я предложить вам что-то из книг? – спросила Нина, когда женщина уже повернулась, чтобы уйти.

– О нет! Мне хватает хлопот с теми шельмецами.

И она удалилась, шаркая ногами по серым булыжникам мостовой.

Глава 9

Вечер был холодным, и Нина задернула занавески, – если оставить их открытыми, то даже после наступления полной темноты Леннокс посматривал бы на окна, беспокоясь о своей черной овце.

Потом она разожгла плиту и приготовила пастушеский пирог, любимый пирог Леннокса, в надежде, что это приведет его в разговорчивое настроение или, по крайней мере, чуть более разговорчивое, чем обычно. Она принесла ему на диван чай, и Леннокс подозрительно глянул на нее.

– Я что-то должен за это сделать для тебя? – спросил он.