Исповедь подружки невесты

Рядом стояла Оливия. Ее платье блестело так, что у Эдварда заболели глаза. Она кокетливо выставила бедро вперед, так сексуально морщила лоб и сверкала глазами, что у Эдварда внизу живота разлилось странное тепло. Он разозлился и на нее, и на себя. Почему присутствие этой женщины так на него действует?

– Вот ваши вещи.

Оливия даже не посмотрела на них, устремив взгляд на него.

– Мне необходимо с вами поговорить. В ее голосе послышалась скрытая угроза.

Эдвард удивленно поднял брови. Уже много лет с ним никто не разговаривал таким тоном.

Даже премьер-министр держался вежливее.

В целом его даже позабавила ее дерзость. Эдвард улыбнулся, Оливия направилась к двери в гостиную. Нелепая шубка едва прикрывала ей бедра. Высокие каблуки громко стучали по каменным плитам. Несколько раз она споткнулась и чуть не вывихнула ногу. Интересно, зачем женщины носят такую неудобную обувь?

– Я ненадолго выйду, нам надо поговорить.

Уилл пожал плечами:

– Конечно, иди, только не задерживайся, не оставляй меня на этом сборище.

Боюсь, не справлюсь в одиночку с Банни и этими задаваками из Бленема.

Эдвард поморщился. Задаваки из Бленема – друзья их сестры Банни. Все ужасно глупые. Банни повсюду таскала их за собой. Эдвард не мог понять, почему ей так нравится их общество. Вроде умная девушка, и они должны бы навевать на нее невыносимую скуку. Эдвард всегда по возможности избегал подобных людей.

Уилл повел к двери сильно взволнованную Фиону.

Эдвард не знал, как поступить в данной ситуации.

С одной стороны, не привык, чтобы с ним разговаривали в таком тоне. Что эта нахалка о себе возомнила? Неужели решила, что он со всех ног бросится исполнять ее просьбу? Жаль тратить время на разговор с легкомысленной женщиной. С другой стороны, Оливия его заинтриговала предложением поговорить наедине. Интересно, о чем? Любопытство пересилило, Эдвард пошел за ней, не отрывая глаз от длинных ног.

Глава 4

Оливия сняла шубу и в нерешительности остановилась, не зная, с чего начать.

Мысли путались. Она понимала: нужно сохранять спокойствие, а о каком спокойствии может идти речь, когда лучшая подруга на грани истерики?

– Спасибо, что оказали мне честь своей просьбой, – немного насмешливо начал Эдвард. – Я польщен.

Оливия вспыхнула. Неужели он и теперь будет ерничать? Ей не до шуток.

Эдвард, весело блеснув глазами, похлопал ладонью по дивану, приглашая ее присесть.

– Не понимаю, что вас так развеселило! У меня серьезное дело.