Анна К

Анна отпрянула на два шага, врезавшись в стену и сбив набок картину. Мало того, она издала смущенный короткий вскрик, который заставил парней повернуть головы и уставиться на девушку. В этих ее тапочках-зайчиках.

– О боже, Анна, ты в порядке? – спросил Вронский, направившись к ней.

– Я? Да! Отлично. То есть… в порядке. Привет. – Она развернулась и начала поправлять картину.

– Стивен, спасибо за гостеприимство, но я задержался гораздо дольше, чем собирался, – сказал Вронский, не сводя глаз с Анны, когда она повернулась и шагнула к нему.

Он откашлялся и продолжил: – Я просто хотел поблагодарить вас, ребята, за то, что моя мать благополучно добралась домой сегодня вечером.

У него был такой чудесный мягкий голос (вдобавок к его прекрасным глазам) – и это было примерно то же самое, что он подумал о ней. Анна хотела ответить, но онемела под его пристальным взглядом.

Он добавил:

– Кроме того, я хотел сообщить, что нашел вторую собаку бродяги.

 – Граф вытянул руку, на которой, словно в доказательство, был налеплен пластырь.

– Ты ранен? Она тебя покусала? – воскликнула, ринувшись к нему, Анна.

– Нет, нет, я о’кей. Это просто царапина. Псарь моей матери настояла на пластыре. – Вронский отодрал его, смял и спрятал в карман пальто. – Собака теперь у нее. Она присматривает за бездомными животными, а это – гораздо лучший вариант, чем приют.

Анна была поражена предусмотрительностью Вронского, и ей понадобились все ее силы, чтоб удержаться и на броситься ему на шею с объятиями.

– Боже, ты – мой герой. Как мило. Конечно, глупо было с моей стороны беспокоиться, но…

– Вовсе нет, – прервал он ее. – Это лишь свидетельствует о том, какая ты милая девочка… я хотел сказать, хороший человек.

Они снова пересеклись взглядами, и теперь Анна почувствовала головокружение. Она заставила себя отвести взгляд и оперлась о стену, чтобы тверже стоять на ногах.

– Прошу прощения. Я почти не ела сегодня, если не считать пирога.

– Эй, а от него осталось что-нибудь? – спросил Стивен, отрываясь от айфона и не обращая внимания на разворачивающуюся перед ним сцену.

– Это – пирог Лолли, и ей решать, можно ли тебе съесть кусочек, – чуть резче, чем следовало бы, ответила Анна. В конце концов, нервирующая драма разыгралась из-за него.

Еще одно неловкое мгновение все трое хранили молчание.