Технология Иуды

Осознавая, что столь грандиозное предприятие не было мало-мальски подготовлено, Павел, в то же время требовал от атамана Василия Орлова:

«Помните, что вам дело до англичан только, и мир со всеми теми, кто не будет им помогать; и так, проходя их, уверяйте о дружбе России и идите от Инда на Гангес, и там на англичан. Мимоходом утвердите Бухарию, чтоб китайцам не досталась».

И это при том, что у него блестящее образование, кроме военного. Единственный пробел, в который он попал. Ну, чем не перестройка? За время его короткого правления было зафиксировано три случая, заговоров против Императора.

«Пока батюшка правил, сынок его вслух предавался мечтам о том, как он, дав народу конституцию, покинет престол, чтобы проводить свои дни в покое в скромной лачуге на берегу Рейна. Лёгкое фрондёрство против отца обеспечило ему расположение высшего дворянства, а отцу удушение».

Как мало нужно в начале века, что бы развалить устои своей страны. Убили Павла в 1801 г.

«Это одно из тех воспоминаний, которых время никогда истребить не может: немая, всеобщая радость, освещаемая ярким весенним солнцем.

Возвратившись, домой, я никак не мог добиться толку: знакомые беспрестанно приезжали и уезжали, все говорили в одно время, все обнимались, как в день Светлого воскресенья, ни слова о покойном, чтобы и минутно не помрачить сердечного веселия, которое горело во всех глазах; ни слова о прошедшем, все о настоящем и будущем. Сей день, столь вожделенный для всех, казался вестовщикам и вестовщицам особенно благополучным: везде принимали их с отверстыми объятиями.

Записки Ф. Вигеля».

«Умолк рёв Норда сиповатый,

Закрылся грозный, страшный взгляд»

Державин

Пушкин в «Вольности» назвал его «увенчанным злодеем».

Не обычное отношение к покойному вообще, а в России тем более.

Александр I Павлович Благословенный. Смягчил самодурства своего отца. Крестьян Прибалтики освободил от крепостной зависимости, полякам даровал конституцию, финнам, гарантировал незыблемость конституционного закона 1772 года, и, увязнув в компромиссах между дворянскими группировками, не стал форсировать «перестройку» государства.

Наполеоновские войны убедили его закрутить гаечки потуже. Демократические преобразования больше от жиру, «Война 1812 года, как сказал Гераклит – отец всего», и страх посеянный французской революцией, сделали своё дело.

Тем не менее, начало века в России никто не отменял.