Вышибала

Жизнь в городе пороков быстро делает людей взрослыми, избавляет их от лишних иллюзий.

– Это твоя дочь?

– Да. Знакомься, ее зовут Саманта.

Девушка, не произнося ни слова, делает легкий кивок, с нескрываемым любопытством осматривает меня с головы до ног так, будто собирается снять на ночь, оценивает, подхожу я ей или нет. Она сидит у самого ночника, отчего рассмотреть ее внимательно не составляет труда.

Саманте лет семнадцать, может, чуть больше, но выглядит она немного старше из-за яркого макияжа. Стройная гибкая фигура, узкие ладони с длинными пальцами пианистки.

Густые черные ресницы, бросающие тень на слегка выступающие скулы. На щеках у нее едва заметные ямочки. Пухлые губы с блестящей яркой помадой, выдающие ее желание выглядеть взрослой и раскованной. Но при всем этом выражение лица серьезно и сосредоточенно.

Я смотрю на Саманту, не в силах оторваться от этой притягательной красоты. Мужчины слетаются на таких очаровашек, как мухи на мед. Приглашают их в рестораны, покупают дорогие подарки, делают непристойные предложения, страстно целуют и обнимают.

А девушки продолжают вести свою коварную игру. Бросают томные взгляды, скромно опускают глаза. Улыбаются обворожительно, робко, в то же время призывно и сбегают в конце вечера, не оставив ни адреса, ни телефона.

Саманта таинственна и проста так же, как сама природа. В ней угадывается божественность Алисы. Королева-мать, принцесса-дочь. Черт возьми, все-таки на моем пути продолжают попадаться шикарные представительницы женского пола.

Не каждый может похвастаться таким хоть раз в жизни, а мне вот повезло.

Я нащупываю на стене слева от двери выключатель. Раздается щелчок. Яркий электрический свет заливает комнату.

– Нет, не нужно! Выключи! – Алиса резким движением натягивает одеяло на голову.

Но я успеваю заметить ссадины на ее лице, в один прыжок оказываюсь у края кровати, осторожно отбираю у обессилевшей женщины одеяло и осматриваю ее. Синяки на шее, руках и ногах. Похоже, ей крепко досталось.

Во мне поднимается волна возмущения и ненависти, прямо как на ринге.

Будь сейчас рядом тот ублюдок, который сотворил такое с моей женщиной, я голыми руками разорвал бы его пополам.

Я сжимаю кулаки и рычу, еле сдерживая себя:

– Кто с тобой такое сделал? Просто назови имя этого негодяя! Я вышибу из него все дерьмо! – Гнев переполняет меня до краев.

Ненавижу, когда бьют женщин. Тот, кто пользуется их беспомощностью, – мразь, достойная самого жестокого наказания.