Седьмое Солнце: игры с вниманием

Правда, из-за учебы в институте пришлось забросить занятия, но все равно она полагала – тело вспомнит приемы, за годы отработанные до автоматизма, если потребуется.

В десяти метрах замаячил выход из парка, девушка облегченно выдохнула и начала расслабляться. Она, как и многие, где-то на уровне инстинктов ощущала незримую опасность, которая может скрываться в темноте; хотя, как показывает практика, та чаще всего предстает до безобразия освещенной.

«Шур – ухх – вшш – шух-шух…» – неожиданно прямо из-под ног шарахнулась и тяжело взлетела на дерево крупная птица.

Катя рефлекторно отшатнулась в сторону, а сердце сорвалось и бухнулось вниз, обдав кожу холодными брызгами. «Хрусть!» – правая нога, угодив каблуком в выемку почвы, неестественно подогнулась. Потеряв равновесие, девушка рухнула на колени и тут же ощутила резкую боль в лодыжке.

– Черт возьми! Откуда сова посреди города-миллионника? Как странно…

– Ага, – согласился внутренний детектив (В.Д). – К тому же, совы летают бесшумно…

Морщась и ойкая, ощупала травмированное место.

Похоже, растяжение связок. Дурное предчувствие разом усилилось, напитавшись болью. Домой… нужно быстрее доковылять домой. Подобрав лежащую на земле сумку, спешно двинулась к зебре. Успела сделать несколько шагов. Замерла. Резко оглянулась, ощутив лопатками чье-то внимание. Позади на ветке маячил неподвижный силуэт ночной птицы. Огромные глаза светились в темноте желтой радужкой, а вот взгляд… Она поежилась. Взгляд был человеческим. И Катя была готова поклясться – птица пристально наблюдала за ней.

Уже оставив за спиной белые полосы пешеходного перехода и неуклюже перевалившись через бордюр, с тревогой заприметила красную иномарку, стремительно несущуюся по пустой дороге. И сразу постучалась мрачная уверенность – мимо та не проедет.

Машина скрипнула тормозами и остановилась напротив. Двери по бокам распахнулись почти синхронно, – и из них торопливо вывалились два парня неприятной наружности: коренастый высокий бугай и мажористого вида дрыщ.

Возможно, в другой ситуации – днем и при большом скоплении народа, парни бы не показались Кате такими отталкивающими; но здесь и сейчас, на улице в ночь, когда кругом ни души… К гадалке не ходи – очевидно, что сейчас последуют идиотские «ухаживания».

– Садись, красавца, прокатим тебя с ветерком, – начал тощий хмырь, облапав ее сальным взглядом.

Громила подмигнул и мерзко ухмыльнулся:

– Запрыгивай, детка, мы тебя не обидим.

И Катя сразу поняла – еще как обидят.