Игровая площадка «Земля». Приключенческая теория Мироздания

Самые практические, полезные для окружающих мои проекты – это детская столярка и игра в глину. Глина – мягкая, пластичная, объемная, тяжелая. Она позволяет быстро создавать формы на основе эмоций, впечатлений, конструктивных идей. Она отлично подходит для дошкольников, для них это прекрасный материал для творческой игры. Сочетание песочницы и конструктора.

Для более старших детей, 7-10 лет, глина уже слишком податливый и однообразный материал. Зато из дерева можно смастерить множество поделок, игрушек и нужных вещей.

Это еще не ремесленная профессиональная деятельность, в таких занятиях много игры, свободного творчества. Дети привыкают, что свои замыслы они могут удовлетворить своими собственными руками из доступного материала, а не только в магазине.

Живя в Москве, я успешно занимался этими вещами с детьми, а основа была заложена в Израиле в занятиях с Леной Макаровой.

Жизнь как борьба со злом

Разобравшись с гармонией в детском поведении и в искусстве, я решил, что недалеко осталось и до понимания гармонии в реальной жизни взрослых людей.

Однако, здесь все как-то по-прежнему не складывалось. Тем более, что с Леной я втянулся в очень серьезный проект об искусстве в концлагерях, о концлагерях и еврейской жизни в целом, о Второй мировой войне и о жизни художницы Фридл Дикер-Брандайс.

Война, гибель людей, борьба за выживание физическое и духовное – все это не о гармонии, а о дисгармонии, о том, как люди тратят свои и чужие жизни на разрушительные и бессмысленные действия. Жизнь художника – это тоже постоянная борьба, но борьба за красоту, гармонию, жизненность образов и их воплощения.

Чем больше я понимал подробности борьбы людей друг с другом, тем меньше я готов был обвинять во всех бедах «злых», которые нападают на невинных «добрых». В делах «добрых» при трезвом рассмотрении оказывается, во-первых, немало собственных эгоистичных мотивов, а во-вторых – непонимания и ошибок, которые способствуют продолжению борьбы и несчастий даже больше, чем явное злое намерение «злых».

Человеческая жизнь в цивилизованном обществе предстала мне как бессмысленное переплетение корыстных мотивов и необдуманных действий в стремлении достичь чего-то нового, причем непонятно чего. Мне захотелось найти стабильную систему, устойчивый стиль жизни, в которой корыстные мотивы оправдывались бы естественной необходимостью, и таким образом являлись бы частью общей гармонии. Меня заинтересовал традиционный уклад жизни, природа, народные ремесла.