Искривлённая история

Немцы, учитывая общее соотношение сил, были обречены на поражение – как и Россия, формально относившаяся к Антанте, но географически изолированная от неё и имевшая перед собой слишком сильных противников. В конечном итоге, даже Франция и, как ни странно, Великобритания, узнали, что более всех свои позиции в мире усилили США, которые приняли в войне ограниченное участие – но пожали уже почти спелые плоды победы.

Вообще, военное поражение России, которое и стало одной из главнейших причин обеих революций 1917 г.

, представляет собой тему, требующую настолько обширного и глубокого исследования, что оно едва ли возможно в рамках данной работы. Однако же здесь нельзя обойти вниманием главных виновников данной катастрофы. Культ генерала А. Брусилова настолько прочно укоренился в нашем сознании ещё с советских времён (и, кстати, хвалебные оды ему поёт и В. Суворов (В. Резун)), что объективную оценку его достижениям – если таковые действительно имели место быть – никто до сих пор так и не попытался. Некоторые источники – сейчас не буду их называть, чтобы не повторять в каждой строке один и тот же псевдоним, сопровождаемый настоящей фамилией – ошибочно, а может быть, и лживо, имея определённый умысел, утверждают что А. Брусилов был единственным полководцем, которому в условиях позиционной войны удалось осуществить прорыв. Это, разумеется, далеко не так.

Позиционная война началась в результате невозможности ни одной из сторон одержать победу в многочисленных встречных сражениях, которые имели место в первые месяцы войны.

Плотные цепи атакующей пехоты подвергались истреблению в результате смертельного воздействия огня скорострельной полевой артиллерии. Даже выйдя на расстояние нескольких сот метров к позициям противника, пехотинцы останавливались – их сдерживал кинжальный огонь пулемётов. Артиллерия стала основным средством поражения, и поддерживать интенсивность её огня, особенно артиллерии крупных калибров, можно было лишь, располагаясь на долговременных огневых позициях, к которым оборудованы пути подвоза боеприпасов, включая железнодорожные. Данный фактор особенно сковывал войска, начиная с осени 1914 г., всё более и более энергично окапывавшиеся. Тем не менее, попытки прорыва фронта предпринимались неоднократно – и зачастую оказывались успешными. Например, в феврале 1915 г.