Время перемен 3

– Давай, что со мной будет?

– Думаю, вербовать тебя будут, но ты уж сам решай, как быть – жить или умереть. Был бы здоров, я бы тебя отпустил сейчас, что-нибудь придумал. А раз оказаться раненым, то уж лучше в госпиталь и иди на контакт.

– Придется…

«Док! – заорал я. – Тащи носилки, «аиста» в плен взяли!»

Это было серьезно, эти бойцы в плен не сдавались, а тут цельный майор попался. ТНТ и парни улыбались, отходя после горячки боя и «хорошего» улова в виде пленного офицера.

– Во-о-о, какие у Кента знакомства!

Док осмотрел раненого, наложил поверхностную повязку, вколол промедол и снотворное.

А в горах шел бой. Охрана каравана и наемники, рассредоточившись на склонах окружающих тропу гор, отчаянно сопротивлялись, сбив четыре наших вертолета, уничтожая наших десантников и спецназовцев. Но силы на уничтожение каравана были брошены не меньше защищающихся, они окружили караван, отстреливая его защитников, но особенно жестко били по врагу вертолетчики, злые от потерь – все они сделали свое дело.

Караван был разбит, были захвачены хорошие трофеи с оружием, разгрузки, бронежилеты, спальники, рации, несколько десятков выживших под обстрелами лошадей и верблюдов, рации, медикаменты, было уничтожено или рассеяно более 500 наемников и сотня погонщиков.

Бой был практически окончен, лишь в горах раздавались отдельные перестрелки между рассеявшимися арабами и нашими вдвшниками или подтянувшимися к месту боя бойцами мотострелковой дивизии.

Возвратившись по горной тропе, мы поднесли к севшим вертолетам наших раненых и убитых, в том числе и носилки с «черным аистом».

ТНТ переговорил с братом и Зию погрузили в вертолет первым. Я кивнул ему на прощанье, он подозвал меня жестом и, когда я склонился над ним, прошептал: «Спасибо, брат!»

– Держись, Зия!

– Будешь в Карачи, мой дом на улице Максуда, 30, не проходи мимо.

– Понял тебя, а меня ищи в Кабуле, 12-я кабульская бригада специального назначения.

Мое отделение с несколькими бойцами из второго, двигалось по горной тропе.

Передовой разведкой шли здоровяки Кася и Коля Юдинов по кличке «Мясник», связанной с его доармейской, «семейной» профессией, когда он помогал отцу в мясницком деле. К тому же этот оперативный псевдоним как-то очень оптимистично звучал, так что вначале он прилип к нему в шутку, а позже был оформлен официально в личном деле.

– Колян, ты чего из мясников в армейцы подался, да еще и в сверхсрочники?

– Кровь люблю свежую пить и есть заодно, ха-ха-ха.