На краю пропасти

Но еще больше его утомили длящиеся уже несколько месяцев переговоры. Габриель хотел вернуть себе компанию отца, получить то, что причиталось ему по праву. Ах, если бы он, будучи убитым горем девятнадцатилетним глупцом, не отказался от этого бизнеса…

Он не имеет права на ошибку. Только не в этот раз. Габриель хмуро взглянул на платиновые часы. Они укладываются в график. Правда, еле-еле.

Когда они поднимались по трапу, Лаура остановилась и оглянулась. Она поудобнее перехватила переноску с ребенком, поправила сумку с подгузниками на плече.

– Думаю, нам надо вернуться и забрать еще кое-какие вещи…

– По-моему, достаточно для одного перелета, – заметил он.

– Да, но я не брала одежду. Пижаму…

– Все, что понадобится, будет ждать тебя в Рио. Я договорился.

Она в последний раз с опаской взглянула вниз и вошла в самолет.

В салоне Габриель уселся в белое кожаное кресло. Стюард предложил ему шампанское. Он взял хрустальный бокал. Габриель не предполагал, что будет так сложно убедить Лауру поехать с ним.

Она злится на него? По какой причине? Это он должен сердиться. Лаура бросила его год назад в самый неподходящий момент. Исключительно в качестве акта доброй воли он разрешил ей уволиться. Это был поступок святого. Габриелю еле удалось справиться с ситуацией – Лаура отвечала за очень многое.

– Хорошо бы тебе договориться с заслуживающей доверия няней, – проворчала она, отказываясь от шампанского.

Габриель залпом осушил свой бокал.

– Мария Сильва.

– Твоя экономка? – прищурилась Лаура.

– Она была моей няней.

– О, оказывается, ты был ребенком? – съязвила она.

Габриель ничего не ответил. Счастливые детские воспоминания накрыли его с головой: игры со старшим братом, драки, голос няни, пытающейся их разнять. Будучи всего на год младше, Габриель постоянно соревновался с Гильерме, стараясь взять над ним вверх. Он вечно затевал какие-то глупые сражения. Вплоть до ночи, когда произошел несчастный случай…

Отворачиваясь, он бросил:

– Я доверил бы Марии собственную жизнь.

Ошеломленная, Лаура уставилась на него большими ясными глазами бирюзового цвета. Она хотела задать вопрос, но стюард отвлек ее, попросив пристегнуть детскую переноску ремнем безопасности, пока они не взлетели.

Габриель смотрел, как она улыбается, глядя на сына, шепчет ему нежные слова любви и укрывает одеяльцем крохотные ручонки. Малыш зевнул.