Имя всего Сущего

Кирин всегда разговаривал со Стервой так, как будто та понимала его, а в детстве он так же обращался с кошкой по имени Принцесса.

Людям всегда нравится считать питомцев семьей, но это не значит, что те отвечают взаимностью.

– О нет, – вздохнул брат Коун. – Теперь и ты это сказал.

– Что?

– Они не лошади, – настойчиво сказала Джанель. – Огнекровки – подданные империи, пользующиеся законными правами в полной мере.

Глаза Кирина расширились:

– А империя об этом знает?

Джанель решительно поставила кружку на стол:

– Когда Атрин Кандор освободил Джорат от бога-короля Хорсала, он предоставил гражданство обеим расам, порабощенным богом-королем: и людям, и огнекровкам.

Назвать огнекровку конем, все равно что назвать человека животным. И да, они разговаривают. – Она скрестила руки на груди. – И не их вина, что ты так и не научился их понимать[24 - Хорсал не просто развлекался с кентаврами и огненекровками. Каждая лошадь в Куурской империи происходит из Джората. Не удивлюсь, если настоящей причиной вторжения Кандора было получение контроля над стадами Хорсала. В конце концов, джоратские лошади не просто сильнее, быстрее и выносливее; они также не страдают от колик. Хорсал действительно любил лошадей.].

– Ну, тогда попытки Дарзина заставить Стерву размножаться смотрятся совсем по-другому. – Кирин скорчил гримасу: – И весьма непристойно. – Хотя это не особо бы изменило поведение его ужасного брата. На самом деле Кирина не удивило бы, если бы выяснилось, что его брат пытался сделать это, даже зная правду об огнекровках.

Это было так похоже на Дарзина.

– Ты назвал Хамаррат Стервой? – Судя по тону Джанель, Кирин провалил тест.

– Что… Подожди! Почему ты думаешь, что Стерву зовут Хамаррат?

Кирин вспомнил, что Звезда упоминал это имя.

– Она сама мне это сообщила в конюшне, – сказала Джанель. – Помни, они умеют разговаривать.

Кирин вспомнил о звуках, которые издавали лошади – вернее, огнекровки – во время нападения дракона. Он предполагал, что это было обычное лошадиное ржание.

Шторм. Большой дракон. Опасности. Но речь?

Все возможно.

– Я понимаю, что это может шокировать, – сказал ему брат Коун. – Поверьте мне, я прекрасно понимаю.

– Звезда сказал, что ей нравится имя Стерва, – сказал Кирин. – Так что я продолжу звать ее так.

– Ладно, – сказала Джанель. – Если она сама на это согласилась, а не ты дал ей кличку, как рабыне.

Глаза Кирина сузились:

– Она не рабыня.

– И лучше бы так и было.