Имя всего Сущего

Нилос нащупала меч и вскинула обе руки, удерживая щит.

Уверена, при других обстоятельствах, против других противников, навыки сэра Ксиа помогли бы ей справиться. Но не здесь. И не против такого врага, как Дедрю.

Я посмотрела на стража:

– Она побеждена. Огласи это.

Старик что-то пробормотал себе под нос.

– Пусть сэр Ксиа сама решит, когда она будет побеждена, – сказала служанка от имени стража Лората.

Удары, которыми Дедрю осыпал Ксиа, казались мне подходящими скорее для работы молотом в кузне, чем для состязания в мастерстве: щит Ксиа сильно помялся.

– Кончай с этим! – жарко прошептал Тамин. Его глаза блестели. Сиделка забрала щенка дола с колен стража и отвернулась.

– Ты сдаешься? – изо всех сил закричала я, но вряд ли рыцари могли меня слышать за свистом и улюлюканьем зрителей.

Оруженосец наконец добрался до рыцаря с запасным мечом.

Все последующее я увидела так, словно само время замедлилось, дабы дать мне возможность рассмотреть получше. Беспрестанные удары Дедрю, сверхъестественно сильные и такие могучие, что я подумала, что он может пробить щит, чтобы сокрушить своего противника.

Нетвердые шаги сэра Ксиа, пытающейся сохранить равновесие. Вскрик молодого оруженосца, протянувшего меч так, чтоб Нилос могла схватить его. Время остановилось.

Дедрю отвел клинок назад, для замаха, а затем пронзил оруженосца насквозь.

Я вскочила. Да и все остальные тоже.

Шок и наивная вера в то, что соревнование закончилось – оно ведь и должно было закончиться, не так ли? – притупили бдительность сэра Ксиа.

Ее взгляд остановился на умирающем оруженосце.

Она отвела взор от врага.

Рывком выдернув меч из тела мертвого юноши, Дедрю развернулся к сэру Ксиа и окровавленным клинком отбил щит женщины в сторону. Меч Дедрю вошел в сочленение доспехов на шее, а затем скользнул к подмышке. Сэр Ксиа закричала. Дедрю рванул лезвие вверх, вскрыв главную артерию и отрубив женщине руку. Брызнула кровь.

– Тамин! – закричала я.

Лицо Тамина горело экстазом.

Все внимание барона было поглощено победой и жаждой крови. Услышав мой предостерегающий голос, мужчина резко повернулся ко мне:

– Ты мой друг, а не мой граф. Твой тон неуместен. – Его ноздри затрепетали от гнева.

– Они умрут, – сказала я. – И сэр Ксиа, и ее оруженосец умрут.

Тамин уставился на меня так, словно я говорила на иностранном языке. Почему эти смерти должны были его беспокоить или волновать? Он сел в свое кресло.