Конан и честь империи

За сей краткий срок разбитной и беспечный охотник за удачей обратился в человека, осознавшего тяжесть возложенного на него долга и отчаянно стремящегося как можно лучше с этим долгом справиться. Зная, что ему, как и всякому из племени Карающей Длани, оборотней, отпущен срок, в три или четыре раза превышающий обычную длину человеческой жизни, Эртель понимал – отныне его существование будет подчинено единственной цели, заботе о благе Пограничного королевства. Наличие могущественных соседей – Бритунии, Немедийской империи и Аквилонии – ничуть не облегчало его участь, постоянно требуя умения лавировать между подводными камнями высокой политики.

Вот еще один неожиданный подвох – визит давнего друга, о котором теперь будут распускать слухи до конца года!

– Собой.

Короткое словечко заставило молодого человека с искренним недоумением взглянуть на того, кто расположился напротив него за добротным, тяжеловесным столом. Прославленный владетель Трона Льва, как отметил Эртель в первый же миг встречи, произошедшей две седмицы назад, здорово изменился.

Ни к худшему, и ни к лучшему – просто стал иным по сравнению с образом, запечатлевшимся в памяти давнего приятеля. Текущее мимо беспощадное время оставляло на аквилонском короле свои следы, доселе незаметные, однако к шестому десятку лет наконец сумевшие взять верх. Кто-то из спутников правителя Пограничья глубокомысленно заметил: «Смертного создания тут больше нет. Мы видим ходячее и говорящее олицетворение страны. »

На болтуна зашикали, но мысленно многие с ним согласились.

Сейчас, в полусумраке маленькой комнаты, освещенной качающимся пламенем свечей да грозовыми зарницами за окном, Аквилонец в самом деле походил на воплощение незыблемой и неуязвимой власти. Силы. Некой всесокрушающей мощи, кроющейся в слове «государство».

Чуть устрашающее впечатление наверняка создавалось игрой света и теней, но Эртель давно выучился не доверять простым толкованиям.

Если в самой Аквилонии царили мир, достаток и процветание, то в укрытой от посторонних глаз жизни обитателей Тарантийского замка явно творилось неладное.

– Вы здесь совершенно ни при чем, – Конан с преувеличенным вниманием рассматривал стоявшую перед ним кружку, словно ему в руки попало древнее сокровище. – Честно говоря, я приехал в надежде вспомнить эти, будь они неладны, старые добрые времена. Ничего не получается. Все стало другим.