Истерлинги

Мимо проплывали остатки каких-то строений, нагромождения камней и руин, а над всем этим возвышался кирпичный столб, похожий на огромную оплавленную свечу!

– Что это? – воскликнул молодой воин.

– Ратуша! Говорят, что, когда от огня стал плавиться камень, в ней прятались жители города, потёкшие стены залили окна и двери, навсегда замуровав несчастных внутри. В особые дни, если приложить ухо к оплавленному камню и сейчас можно услышать их стоны.

На передних стругах затянули песню. Над стремительной рекой, над привольным раздольем прибрежных лесов полилась разудалая боевая песнь дулебских воинов.

* * *

Первое столкновение с кочевниками произошло неожиданно. Ранним утром на очередном привале, когда все воины ещё спали, воздух наполнил пронзительный свист летящих стрел. Перемахнув через невысокий кустарник, в лагерь ворвались румские всадники на быстроногих скакунах. Конная масса пронеслась, огрызаясь во все стороны смертоносными стрелами. Давыда за шкирку втащил в круг дулебов сотник Шалай.

Прижавшись к спасительному борту, вытащенного на берег, струга, прикрывшись щитами, бывалые воины огрызались залпами сулиц. Всё закончилось так же внезапно, как и началось, румцы ушли в степь, отстреливаясь по-булгарски, развернувшись в седле всем телом и стреляя назад с изумительной точностью. Итог, восемь дулебов погибло, и несколько десятков получили ранения, в лагере нашли семерых убитых кочевников.

– Видно их совсем немного было! – предположил Шалай, – А то бы нам несдобровать.

После этого случая шли по реке одетыми в доспехи и выставляя на ночь тройные дозоры. Румцы больше не показывались, пока в один из дней, за крутым поворотом, воины не увидели, перегородившее всю реку, скопище лодок и брёвен. Челны были заполнены лучниками, а на берегу стояли сотни конных румцев готовых к сражению.

Давыд в этот раз опять сидел на весле и не мог видеть, как первые струги с дулебскими воинами, врезавшись крутыми носами в прибрежный песок, высаживали на узкую полоску земли отряды храбрецов.

Они тут же сбивались в плотные группы и, прикрываясь со всех сторон щитами, шли навстречу кочевникам. Струг Шалая и еще несколько других, не обращая внимания на происходящее, выгребли к самому краю косы туда, где к прибрежным деревьям были привязаны лодки, составляющие основание плавучей преграды. Как только нос ладьи зашуршал по речному песку, юный воин втянул внутрь весло и, поправляя шлем, устремился вдогонку за сотником.