Маша-попаданка

Деревянная конструкция, хоть и была большой, оказалась шаткой. Эшафот тряхнуло и толстый человек не просто закачался на месте, но и упал в итоге. И более того он свалился с эшафота.

БИНГО! Пронеслось в голове у Маши. Но на беду толстяк падал прямо на нее. Вместе они оказались на земле. В голове у Маши закружилось. Толстяк все еще лежал на ней, не давая возможности подняться. Потом она почувствовала, как стало свободней.

– А ну кыш отсюда! – услышала она голос Валентина. Это он освободил ее от этого мерзкого и злобного типа.

Юноша помог ей подняться.

– Как Хура? – первым делом осведомилась Маша, когда оказалась на ногах.

– В порядке, – успокоил ее Валентин.

В подтверждение его слов она увидела, что два тролля и Хура мчаться прочь от площади, на которой его собирались казнить. Теперь следовало подумать и о собственном отходе. Маша огляделась и увидела, что все тролли вокруг именно так и поступают.

– Уходим, – словно угадав ее мысли, предложил Валентин.

– Да, – согласилась Маша.

Однако в это мгновение ей стало вдруг очень больно.

Кто-то схватил ее за волосы и резко дернул, направив взор Маши в небо. В следующую секунду она почувствовала холодный металл у своего горла.

– Нет! – Маша услышала голос рыжеволосой воительницы. – Вы остаетесь!

Маша покосилась на Валентина. Тот стоял, открыв рот, глядя на девушку, что пленила Машу. В его глазах царили одновременно ужас и восхищение.

Глава 4. Маша невольница

Мария

В своей жизни Маше часто приходилось страдать.

Но почти всегда эти страдания были исключительно моральными. В этот раз она в полной мере испытывала физические муки. То, что творилось, нельзя было назвать иначе, чем пытками.

Происходило это в той самой камере, где ранее томился Хура. Их с Валентином подвесили за ноги. Вокруг них стояло четверо солдат. Они весело переговаривались о чем-то (иногда просто рассказывали о проведенных с женщинами ночах) и периодически наносили Маше и Вале удары под дых.

Кричать Маша не могла, так как рот был плотно заткнут какой-то грязной, пыльной тряпкой.

После каждого болезненного удара ей хотелось кричать. Однако даже мычать было мучительно тяжело. Во-первых, удары по животу сбивали дыхание, и она изо всех сил концентрировалась на его восстановлении. Во-вторых, из-за кляпа дышать она могла только через нос, а тот предательски заложило соплями.

Валентин был в таком же положении. Маша не знала только, заложен ли его нос, но в остальном все было точно также.